Поезжайте, когда выздоровеете». Но он не послушал. Лекарь дал ему на один месяц лекарств. Баба выпил все лекарства за один приём и проговорил: «Сейчас я должен выздороветь». К удивлению окружающих он поправился в тот же день.
Баба прибыл в Натхадвару. Тикаяла спросил: «Баба!
Где лев?»
Баба ответил вопросом: «А где клетка?»
Тикаяла показал ему клетку. Баба вошёл в клетку, уселся на пол и промолвил: «Лев в клетке».
Живя в Натхадваре, Гвария Баба был свободен и бесстрашен, как лев. Он делал всё, что ему вздумается, урезонить его никто не мог. Однажды он увидел Дамодара Лала, сына тикаяла, одетого в пальто, брюки и сорочку с галстуком. Баба отозвал его в сторону. Когда тот подошёл поближе, он хлопнул его по спине и спросил: «Разве это традиционная одежда семьи, к которой ты принадлежишь?» Затем Баба пришёл в тюрьму и обратился к тюремщику: «Я совершил оскорбление. Посади меня в камеру». Начальник тюрьмы был захвачен врасплох. Он не мог послушаться, и у него не хватало смелости не подчиниться, поэтому смиренно стоял перед Бабой со сложенными в намаскаре руками, не зная, что предпринять. Но Баба сам вошёл в тюрьму и стал в ней жить, подобно заключённому.
Когда тикаяла узнал об этом, он пришёл в тюрьму и обратился к Бабе: «Баба! Вы прекрасно поступили. Вы дали хороший урок моему сыну. Теперь милостиво покиньте Вашу камеру».
Баба вышел из тюрьмы и вернулся во Вриндаван. Там он остановился в ашраме Сидха Шри Рамакришна Даса Пандита Бабы. Один раз он съездил на Варшану и просидел там целый день в саду до поздней ночи, потерявшись в мыслях о своём Яре. В саду он нечаянно услышал разговор воров, планирующих обокрасть дом Госвами. Баба подошёл к ним и сказал: «Я тоже вор. Я хочу вместе с вами участвовать в преступлении». Воры согласились. Они вошли в дом Госвами вместе с Бабой и стали собирать вещи, которые, по их мнению, имели какую-то ценность, чтобы их украсть. Баба случайно увидел Божество Гопала, спящего в домашнем храме на небольшом алтаре. Он подошёл к Божеству и произнёс: «Яра! Я пришёл к Тебе в гости. Тебе надо развлечь меня, а Ты спишь. Сейчас же просыпайся и дай мне что-нибудь поесть».
Гопал спал глубоким сном, поэтому не проснулся. Баба крикнул: «Тебе этого недостаточно, чтобы подняться», и, схватив верёвку колокола, висевшего в алтарной, стал громко звонить. Воры побросали всё, что успели собрать и убежали.
Некоторое время Баба жил в Матхуре и обучал музыке одного человека по имени Мунгамал. В Матхуре был дом, в котором жило привидение, названный Бхута-махал (замок с призраками), пустующий многие годы. Призрак избавлялся от всех людей, кто приходил жить в этот дом. Баба арендовал дом с призраком за пятьдесят рупий в месяц. Он попросил Мунгамала нанять кого-нибудь убраться в доме. Мунгамал пытался найти уборщика, обещая хорошо заплатить, но никто не соглашался. С большими трудностями Баба уговорил одного рабочего, заверив его, что сам тоже придёт помогать. Дом вычистили, и Баба стал в нём жить.
Однажды Баба похвастался Мунгамалу: «Я в этом доме обучаю музыке привидение. Если хочешь, то можешь прийти и послушать». Мунгамал пришёл в дом вместе с Бабой. Как только Баба принёс фисгармонию и поставил её на полу комнаты, она начала играть сама собой, а стены резонировать мелодии. Мунгамал испугался. Поэтому Баба сказал призраку перестать, и музыка оборвалась.
Призрак хотел избавиться от своего бестелесного существования. Баба устроил ягью[156], и дух освободился. Дом, прежде захваченный приведением, теперь также стал свободен.
После этого события Баба приобрёл большую популярность в Матхуре, и толпы людей, в основном женщины, начали ходить к нему на даршан. Это превратилось в проблему. Баба придумал странный способ избавиться от беспокойств. Он пришёл к Панне, самой красивой проститутке города и сказал: «Если ты согласишься покататься со мной по городу несколько дней, я тебе хорошо заплачу. Она согласилась. Жители Матхуры в течение недели каждым вечером видели Бабу в коляске вместе с проституткой. Они перестали посещать его, потому что подумали, что он распутник. Была ли для Бабы в этом какая-то разница? Он поднялся на уровень, находящийся вне досягаемости майи. Хвала и хула, вожделение и распутство для него не имели никакого значения. Сидха святой, подобный ему, живёт в мире майи, не соприкасаясь с нею, как лотос, растущий в мутной воде, не соприкасается с мутью. Пример полной отстранённости Гвария Бабы от мира предоставляет следующий эпизод. Как-то он снял комнату в храме брахмачариев[157] во Вриндаване и украсил её подсвечниками разных цветов, свисающими с потолка, большими зеркалами на стенах и дорогими коврами, разостланными на полу. Баба оделся в шелка и уселся на ковре, облокотившись на бархатную подушку. Одним днём, когда он таким образом восседал в своей комнате, к нему пришёл его друг Гиридарвал. Он удивился, увидев Бабу в такой обстановке, и воскликнул: «Баба! Что это такое?! Что с тобой случилось?!»
«Я стал раджой», — ответил Баба.
