Гаураговинда продолжал устойчиво прогрессировать в бхаджане. Он теперь мог в течение одного дня прочесть восемь лакхов Харинамы. Для него не было разницы между днём и ночью. Он никогда не спал и не бодрствовал, а находился в полусознательном состоянии, повторяя свои круги. Во время повторения джапы его часто переполняло бхавой, и он танцевал и плакал.
В Ади-пуране Кришна говорит Арджуне:
гитва ча мама намани нартьяна мама саннидхау
идам бравыми те сатьям критоахам тена сарджуна
гитва ча мама намани руданти мама саннидхау
тешамахам парикрито наньякрито джанарданаха
«Слушай! О, Арджуна! Тем, кто, повторяя Мои имена, танцует и плачет передо Мной, Я вручаю Себя в такой степени, в какой не вручаю кому-либо ещё».
Гаураговинда Баба ничего не делал, только воспевал Харинаму, танцевал и плакал перед Шри Хари. Поэтому было естественным, что Шри Хари отдал Себя в его собственность. Степень, с которой Он вручил себя ему, можно увидеть в следующем интересном эпизоде.
Как-то Бабу, собиравшего мадхукари, застал дождь, и он вернулся в свой кутир очень поздно. Ему сильно хотелось есть, поэтому перед едой он забыл предложить Кришне мадхукари. Он уже глотал первую щепоть, когда внезапно понял, что ест непредложенную пищу. Баба сдавил своё горло, пытаясь остановить глотание, но безуспешно, — еда попала в желудок. Его сокрушениям не было конца, чувство голода исчезло, и мадхукари лежало нетронутым. В это время внутри его кутира раздался сладкий голос и проник ему в уши: «Каждый день ты предлагаешь Мне остатки еды от враджабаси. Разве небеса упадут на землю, если сегодня ты предложишь Мне остатки своей еды? Иди и сейчас же предложи! Не колеблись!»
Нервная дрожь пронзила всё существо Гаураговинда Даса Бабы. Тело покрылось мурашками, волосы встали дыбом, и слёзы брызнули из его глаз. В нерешительности он предложил Кришне то, что уже отведал сам и затем съел. Вкус прасада в этот день был необыкновенно восхитительный. Так и должно было случиться, поскольку Кришна сам отведал подношение с большим удовольствием. Мог ли кто-нибудь даже просто услышать о столь любимом и любящем Боге, как Кришна во Врадже?!
В 1959-м году Гаураговинда Дас Бабаджи оставил своё материальное тело, чтобы присоединиться к божественным развлечениям Шри Кришны. Его самадхи находится возле Апсара-кунды.
<p>Шри Шачинандана Дас Баба</p>В декабре 1972-го Шри Шачинандана Дасу Бабе было сто десять лет, я приехал познакомиться с ним вместе со Шри Рама Дживана Дасом Бабажжи, проживающим на Варшане, кто был хорошо ему известен. Баба жил в старой, разрушенной чатари (комнате, в которой находится самадхи) около смашана-бхуми (места, где сжигают мёртвых) на берегу Бханусаровары на Варшане. Войдя в чатари, мы увидели Бабу, который сидел, прислонившись спиной к стене, со скрещенными ногами в состоянии глубокой медитации. Его губы медленно двигались, а изо рта раздавался резонансный звук. Рама Дживана Баба сказал мне, что он повторяет «Раи, Раи» (краткое имя Радхарани). Постоянное повторение этого имени стало его привычкой и шло автоматически даже в глубокой медитации.
Баба потерял зрение, но у него оставался хороший слух. И всё же он не мог слышать слов Рама Дживана Бабы, поскольку у него отсутствовало внешнее сознание.
На неровном полу чатари, с выбоинами здесь и там, с одной стороны стояли глиняные кувшин с водой, карава и блюдо. С другой стороны лежали кусок рогожи, на котором Баба сидел и одеяло, сшитое из лоскутов, одна половина которого висела на его плече, а другая валялась на полу. Ничего больше в комнате не было. Баба был полуголый, он носил только набедренную повязку. Казалось, пронизывающий холод в декабре месяце не являлся для него чем-то, заслуживающим малейшего внимания.
Баба обычно не давал дикшу всем желающим. У него было всего лишь четыре ученика, из которых самым известным был Анураги Баба. Он не позволял ученикам жить вместе с собой. Однако, Анураги Баба время от времени приходил и жил у него, но сейчас он был совсем один.
