— Это еще почему? Это лучше, чем слушать ваши ссоры на пустом месте, — прокричала я, на этот раз, не заботясь о том, услышат меня соседи или нет.
Я держала дверь так, чтобы Бен ничего не увидел в моей комнате. В этом отношении Бен был мерзким; как правило, он шнырял по моим вещам, пока меня не было дома, и единственная причина, по которой я об этом знала — это то, что однажды я обнаружила мое нижнее белье, торчащим из комода. Я сразу поняла, что к чему, потому что была чистюлей и фриком, и всегда следила за тем, чтобы моя комната была идеально чиста. Поэтому, когда я обнаружила, что в моем ящике с трусиками кто-то рылся, я сразу поняла, что это он. Я сразу же выбросила их все и купила себе парочку новых. Даже одна мысль о том, что он лапал их своими руками привела меня в ужас.
— Потому что иначе я зайду внутрь и разгромлю там каждую проклятую вещь, — сказал он, пытаясь перекричать музыку и стукнув своей загрубевшей ладонью по дверному косяку, чтобы подчеркнуть, что он имеет ввиду.
— Хорошо, сладкий младенец Иисус, это не такое уж большое дело, — ответила я, захлопнув дверь прямо перед его лицом и закрыв ее на замок. По крайней мере его приходом в мою комнату я немного разрядила обстановку в их с мамой ссоре. Если бы я не вмешалась Оливия была бы сейчас уже с подбитым глазом.
Я прижалась ухом к двери и стала ждать пока он спустится вниз. Как только я услышала удаляющиеся шаги я пошла в ванную, чтобы умыться и подготовиться к работе. Я решила начать пропустить год в колледже и начала работать, как только закончилась школа, чтобы иметь хоть какие-то деньги. Если маме с Беном станет об этом известно они истратят все мои кровно заработанные деньги на свои попойки. Чтобы этого не произошло, я хранила свою работу в тайне.
Завтра мне исполнится восемнадцать, и я решила сделать себе подарок и потратить часть своих сбережений на татуировку. Мне нравились татуировки, и две у меня уже были. Физическая боль заглушала душевную, это был своего рода мой вид терапии.
Обернувшись я увидела свое отражение в зеркале. Я не была уродиной, или действительно красавицей. Во мне было всего 1,56 роста, и я была достаточно стройной, но все же на меня обращали внимание, когда я проходила мимо. Грудь второго размера и аппетитная попка, за что мне нужно благодарить маму, так что некоторые ребята могли оценить меня. Черный облегающий топ с парой теннисных синих штанов и черные рокерские сапоги, и я была готова. Быстро спрятав рубашку в рюкзак я пробежалась рукой по длинным черным волосам, и спустилась вниз, чтобы уйти.
Сделав последний шаг, я услышала, как мама произнесла:
— Эй, малыш, иди посиди с нами, — но, на самом деле, это прозвучало как: "Эээй, маалыыыш, иди посидиснами". На самом деле это выглядело действительно жалко, еще не было и полудня, а она уже была пьяна в стельку.
Я остановилась и посмотрела на сцену, развернувшуюся передо мной. Оливия сидела за небольшим обеденным столом вместе с Беном, поедая омлет и тосты, с банкой пива, будто это был апельсиновый сок.
Думаю, моя мама никогда уже не будет прежней. Было время, когда она обладала силой, с которой нельзя было не считаться; у нее были прекрасные темно-каштановые волосы, волнами доходившие до середины талии, а кожа будто светилась. Красота была в ее генах, она излучала уверенность, знала, чего она хочет от жизни и как это получить. Любой, кто проходил мимо нее на переполненных улицах Манхэттена, останавливался и глазел; ее красота привлекала мужчин всех возрастов. И сейчас я смотрю на женщину, которая зовется моей матерью. Существо предо мной всего лишь пустая оболочка той, которой она когда-то была, а теперь всегда будет постоянным напоминанием мне о том, кем я отказываюсь становиться. Некогда красивые, волнистые, коричневые волосы сейчас были убраны в хвост. Я просто смотрела на то, что осталось; тягучие, безжизненные, тусклые волосы даже не напоминали о том какими они были раньше. Казалось, что когда папа ушел он забрал ее душу вместе с собой.
Я никогда не понимала, почему он ушел. Мне известна только мамина версия этой истории, о которой она постоянно мне напоминала, и звучит она примерно так: «Твой дерьмоголовый отец нашел себе новую, ухоженную, молодую жену. Его не волнуем ни ты ни я. Он бросил нас, чтобы быть с ней».
