— Хорошая идея, — согласилась Пенелопа и пристально всмотрелась в темноту. — Если бы не деревья, мы бы смогли увидеть звезды, — как и эру назад на Терране. Хоть на ее родной планете очистили воздух, сушу и океаны, но световое загрязнение все равно продолжало ухудшаться, навеки погасив звезды. Ночь больше не была прежней. Только сумрак.
Больше нельзя было встретить ни одного темного дома. Свет от компьютеров, различного оборудования и экранов видеонаблюдения все время сохранял здания освещенными. Поэтому практически все люди носили с собой маску для сна.
— Несомненно, — подтвердил Брок.
— Надеюсь, у меня будет возможность увидеть их, прежде чем мы покинем эту планету, — конечно же, Пиа видела звезды через панорамные окна шаттлов и космических портов, но это далеко не то же самое, что наблюдать за ними с земли.
— Ты можешь посмотреть и сейчас. Если мы спустимся на землю, получим отличный обзор.
— Спускаться в темноте рискованно, — засомневалась Пиа.
— Я помогу, — Брок сделал небольшую паузу. — Я буду даже лучше, чем прибор ночного видения.
— А что насчет, хм, хищников?
— За всю ночь я не услышал ни одной птицы, животного или насекомого. Не думаю, что на этой планете есть хоть какая-то животная жизнь, только растительность.
— Значит, если нам придется провести еще одну ночь здесь, она точно не будет на дереве.
— Мы узнаем безопасно ли это к концу дня, как только лучше изучим планету.
— Тогда вперед, покажи мне звезды.
Брок полез первым, затем к нему присоединилась Пиа. Она опиралась на него, а его тело ограждало ее миниатюрную фигурку. Как только они коснулись твердой почвы, Брок взял ее за руку.
— Сюда, — указал он.
Пенелопа совершенно потерялась в темном пространстве и понятия не имела, в какую сторону идти. Но она доверяла его навыкам, даже если в действительности они ее удивляли.
— Наверное, в прошлой жизни ты был кошкой или вроде того, — пошутила Пенелопа, пока ступала по толстому слою опавших листьев. — Ты очень похож на них этой своей способностью видеть в темноте.
Брок не ответил, и уже через секунду они вышли из леса на скалистую лощину.
— Я все еще чувствую запах дыма, — заметила Пиа. — Но хотя бы нет пламени, — в такой непроглядной тьме огонь был бы виден.
— Просто все выгорело, — произнес он. — Мне кажется, эти деревья от природы обладают огнеупорными свойствами.
Пиа задрала голову. Тысячи и тысячи огней испещряли темный купол планеты. Каждое сияние — это звезда, и на каждой орбите планет этих светил могла существовать жизнь.
— Кажется, что они так близко, — выдохнула Пенелопа. — Но по-настоящему они очень далеко.
— Они в миллионах или даже в миллиардах световых лет от нас, — согласился Брок. — Некоторые звезды, излучавшие свет, который мы сейчас видим, уже не существуют. После того, как они сжигают свое топливо, маленькие превращаются в белых карликов, а массивные разрушаются в нейтронные звезды или черные дыры, пока не возникнет взрыв сверхновой звезды.
— Извергающий звездный материал, который однажды может стать новыми звездами, — рассуждала она. — Реинкарнация Вселенной. Смерть звезды приводит к рождению другой.
— Бесконечность, — кивнул Брок.
— Грандиозно, — Пиа наблюдала за пролетающими мерцающими огоньками, и этот трепет засел в ней узелком страха. — Когда нас начнут искать, мы будем лишь космическим пятнышком в бесконечной Вселенной, — она обхватила себя руками.
— Нас найдут, — заверил Брок. — Им же не нужно обыскивать всю Вселенную, только маленькую ее часть. Координаты нашего настоящего местоположения и цель назначения зарегистрированы, — он указал в небо. — Видишь вон ту звезду? Это солнце Террана.
— Откуда ты знаешь? — спросила Пиа.
— Изучал астрономию, — соврал он.
— Но звездная структура изменяется в зависимости от того, где ты находишься.
— Я очень увлеченно изучал астрономию.
— Ладно, я впечатлена, — глубина его познаний и возможностей восхищала Пенелопу. На фоне звезд и сияющего лунного света в безжизненном овраге она заметила неповоротливые формирования массивных деревьев. — На этой планете пригодная для жизни атмосфера, и есть растительная жизнь. Как думаешь, почему она в списке запрещенных? Почему бы кому-нибудь ее не колонизировать?
— К сожалению, я не знаю ответа.
— Наконец-то, ты не знаешь хоть что-то, — передразнила Пенелопа. Она думала, что Брок в ответ улыбнется, но он этого не сделал. И если на то пошло, мужчина стал выглядеть еще более серьезным. Страдающим. — Что случилось?
— Я не тот мужчина, каким ты меня считаешь, — отвернулся Брок.
— О чем ты?
— Я не могу быть тем, кого ты хочешь, и дать то, в чем нуждаешься.
— И в чем же? — спросила Пиа.
— Во всех тех обыденных вещах, — он провел рукой по волосам. — Слушай, мне жаль, что я начал все это. Я вел себя эгоистично. И никогда не должен был к тебе прикасаться. Не должен был позволять тебе прикасаться ко мне. Это ошибка.
Слова Брока поразили ее подобно пощечине. Пенелопа покачнулась. И что же вызвало такой поворот?
