Лифт звякнул и остановился, двери открылись. Лука махнул, пропуская меня вперед. Я вошла и оказалась в большой гостиной с мягкими белыми диванами, темным деревянным полом, современным камином из стекла и металла, черной мебелью и модными светильниками. Никаких других цветов в интерьере практически не было, разве что нескольких современных картин на стенах и скульптуры из стекла. Напротив лифта от пола до потолка высились окна, из которых открывался вид на террасу и разбитый на крыше сад, а также на небоскребы и Центральный парк. Над центральной частью гостиной потолок уходил высоко вверх, и лестница вела на второй этаж пентхауса.
Я прошла дальше и подняла голову. Стеклянные перила позволяли четко видеть верхний этаж: светлый коридор, с несколькими дверями.
Открытая кухня занимала левую часть гостиной, и массивный черный обеденный стол служил границей между столовой и гостиной. Пытаясь все рассмотреть, я почти физически ощущала на себе взгляд Луки, поэтому подошла к окну и выглянула вниз. Раньше мне не приходилось жить в квартире. Честно говоря, здесь я ощущала себя как в тюрьме.
– Твои вещи в спальне наверху. Марианна подумала, что ты захочешь сама их распаковать, потому оставила в чемоданах.
– Кто такая Марианна?
Лука подошел сзади. Наши взгляды встретились в отражении окна.
– Она моя домработница. Бывает здесь пару дней в неделю.
Я задалась вопросом, не любовники ли они с ней. Часто мужчины в нашем мире имеют наглость оскорблять жен, приводя в дом своих шлюх.
– Сколько ей лет?
Губы Луки дрогнули.
– Ревнуешь?
Его руки оказались на моих бедрах, и я напряглась. Он не отстранился, я заметила злость, отразившуюся на его лице. На вопрос он не ответил.
Отодвинувшись от него, я подошла к стеклянной двери, ведущей в сад на крыше, и повернувшись к Луке, спросила:
– Можно мне выйти туда?
На его скулах играли желваки. Он не дурак и конечно заметил, как быстро я стряхнула его руки.
– Это и твой дом тоже.
Но я совсем не чувствовала этого. И не уверена, что когда-нибудь буду ощущать себя здесь как дома. Я открыла дверь и вышла наружу. Было ветрено, и снизу доносился шум улицы. Терраса, как и гостиная, была обставлена белой мебелью, а за ней до стеклянных перил раскинулся аккуратный ухоженный садик. В полу даже обнаружилось квадратное джакузи, достаточно просторное для шести человек, а рядом стояли два шезлонга. Я подошла к перилам и бросила взгляд на Центральный парк. Вид отсюда открывался потрясающий.
– Ты же не думаешь о том, чтобы прыгнуть, да? – спросил Лука, держась за перила рядом со мной. Я склонила голову набок, пытаясь понять, неужели он пытается шутить. Вид у него был совершенно серьезный.
– С какой стати мне себя убивать?
– Некоторые женщины в нашем мире видят в этом единственный способ обрести свободу. Этот брак – твоя тюрьма.
Я оценила расстояние от крыши до земли – смерть была гарантирована, но мысли о самоубийстве никогда не приходили мне в голову. Прежде чем решиться на такой шаг, я бы попробовала сбежать.
– Я бы не поступила так со своей семьей. Лили, Фаби и Джианна будут убиты горем.
Лука кивнул, прочитать выражение его лица было невозможно, и это сводило с ума.
– Давай вернемся внутрь, – сказал он, положив руку мне на поясницу и подтолкнув в квартиру.
Лука закрыл дверь и повернулся ко мне.
– У меня через полчаса назначена встреча, но через пару часов я вернусь. И я бы хотел пригласить тебя на ужин в мой любимый ресторан.
– Оу, – удивленно произнесла я, – что-то типа свидания?
Уголки губ дернулись, но он не улыбнулся.
– Можно и так сказать. Мы с тобой еще не были на настоящем свидании.
Он обнял меня за талию и притянул к себе. Я замерла, и в его взгляде исчезла легкость.
– Когда ты перестанешь меня бояться?
– Ты не хочешь, чтобы я тебя боялась?
Мне всегда казалось, что страх облегчит ему жизнь, тогда было бы проще держать меня под контролем.
Его темные брови сошлись на переносице.
– Ты моя жена. Мы проведем всю жизнь вместе. Я не хочу, чтобы рядом был дрожащая от страха женщина.
И тут я удивилась. Мать любила отца, но и боялась.
– А есть люди, которые тебя не боятся?
– Да, парочка найдется, – ответил он, прежде чем опустить голову и прижаться своими губами к моим.
Лука целовал меня без спешки, пока я не расслабилась и не раздвинула для него губы. Я подняла руку и нерешительно коснулась его затылка, перебирая пальцами волосы, прижав вторую к его груди, наслаждаясь ощущением твердости мышц. Он отстранился.
– Я уже подумываю, а не отменить ли эту гребаную встречу. – Он провел большим пальцем по моей щеке. – Но для этого у нас еще будет время, более чем достаточно.
Он взглянул на часы.
– Мне правда надо идти. Ромеро останется тебя охранять, пока меня не будет. Не спеши, осматривайся и устраивайся. – Сказав это, Лука вышел за дверь.
