— Матвей — принц. Решил его папаша не без помощи своего советника женить на заморской девице и породниться всеми способами. А принцу эта идея ох как не понравилась, и он улизнул, а в помощь ему подрядился Кирьян — сильный маг. Ему тем более нельзя обратно. Принцу-то ладно, никто не тронет. Женят насильно и все, а Кирьяну — голову с плеч или в цепи противомагические закуют и бросят в темницу.
— Так, это я поняла. А что за нить, которая нас связывает?
— Так зеленая она, неужели ты не замечала ни разу?
— Нет. С чего бы? — Слава сделала еще глоток, и появившаяся злость мигом улетучилась. «Ну да, не понимаю я, что происходит. С трудом верится, что магия есть, а вместе с тем, почему ей не быть-то? Я же все видела своими глазами, так почему Матвею не быть принцем, а Кирьяну магом в бегах?»
— Я так поняла, что их чуть не поймали, раз напали королевские ищейки? – спросила Алла.
— Да, черные и лысые кошки, правда, большие.
— Вот-вот, точно ищейки. Ими управляют королевские маги, сам Кирьян был на службе.
— Маленький мальчик и при этом сильный маг?
— А ты как хотела? В их мире все может быть. Это у нас в магию никто не верит, все чертовы скептики, зато нарисованным образам молятся и думают, что на них снизойдет манна небесная. Тьфу ты! Я понимаю верить в древних богов, которые природой повелевали, но мало нас, язычников, осталось. Вся магия от природы: солнце светит, трава растет, вода течет, огонь горит. Даже цветок вырастает сам — уже волшебство, главное приложить к этому руку и сердце.
Мирославе нравилось умиротворение на добром лице Аллы, ее улыбка и как она с нежностью отзывалась об этих вещах.
— Связь ваша нужна в первую очередь мальчишкам. Окрепнет – и никто не посмеет отобрать их у тебя, а там кем решишь — тем им и станешь: хоть матерью, хоть женой или на крайний случай сестрой.
— Какой женой? Они ведь мальчики!
— Ну так вырастут! Или ты думаешь, они только котами могут оборачиваться?
На это Мирославе нечего было возразить. Она вспомнила сон, в котором ссорились тот самый светловолосый мужчина, с которым она познакомилась, и чье имя вылетело у нее из головы, и другой – с каштановыми, чуть вьющимися волосами и серо-зелеными глазами. «Может, это был вещий сон, и парнями могут оказаться Матвей и Кирьян, что-то схожее есть… вроде бы».
— Ладненько, утомила я тебя беседой. Твоя комната на втором этаже. Дом небольшой, но здесь вам ничего не угрожает, и не волнуйся за свои вещи. Утро вечера мудренее, — Алла проводила ее до крохотной комнатки, в которой поместился узкий раскладной диван, небольшой комод и столик с книжным стеллажом.
— Вы прочли все эти книги? — спросила Слава, разглядывая корешки книг в жанре фентези, любовные романы, классическую литературу вроде «Джейн Эйр»[1].
— А то! Так смешно, когда пишут про разных барышень, попавших в другие миры, а какие они там всесильные. Чушь! Не бывает такого: дар либо есть, либо его нет. Вот в тебе есть немного, но самая малость. Прямо кот наплакал, — Алла скуксилась, как от съеденного лимона.
— И ничего с этим нельзя поделать? Развить? Усилить…
— Ох, милочка, всякое бывает. Но чтобы вот так простая девушка, которая о магии узнала в… твоем возрасте, и она в ней прорезалась крохотной песчинкой — слабо верится, что из тебя выйдет толк. Тут разве что Кирьян поможет или подскажет. Отдыхай. Если что, ванная на первом этаже. При входе в дом — прямо и направо, рядом со спальней мальчишек, а я сплю за соседней стеной, — выходя из комнаты, она обернулась и поцеловала Мирославу в лоб, как если бы была ее родной тетушкой. — Спи крепко…
Слава на автомате расстелила постель и, упав на подушку, провалилась в сон.
[1] «Джейн Эйр» — роман английской писательницы Шарлотты Бронте, выпущенный под псевдонимом «Каррер Белл».
Мирослава проснулась ближе к полудню. Диван она так и не разобрала, свернувшись на нем калачиком. На комоде лежала стопка глаженой одежды. Спустившись на первый этаж, девушка прошла в ванную комнату, где была полноценная душевая кабина, а на полке лежали банные полотенца. Как следует вымывшись, Слава переоделась в чистую одежду и с мокрыми волосами двинулась к кухне, откуда раздавалось пение хозяйки дома и музыка из радио:
«Во тьме бегут фонари, где же, на какой дороге мой милый друг?
Он затерялся вдали, и мужские руки сильные держат руль.
Включён приёмник на любимой волне, и вместе с ритмом бьётся сердце.
Всю жизнь глядятся в ночь усталые глаза, в пути шофёр-дальнобойщик.
Он знает лучше всех, он может рассказать, что наша жизнь — шоссе, шоссе длиною в жизнь…»[1]
Пахло выпечкой, а на столе стояла тарелка с горкой свежеиспеченных блинчиков. Алла закончила с пирожками и теперь засунула два противня в духовку. Рядом со столом сидела пушистая белая кошка. Животное внимательно следило за манипуляциями хозяйки, пока ей в мисочку не налили сливок.
