— Он знает, что сможет сломить нас еще лучше, если оставит ее себе.
— Блядь, да мне плевать на его ебаные планы. Я просто хочу спасти Фину, Данте. Мы должны спасти ее. Ты не слышал ее криков. Ты просто не понимаешь. Просто представь, что у него оказалась бы Анна…
Я не мог. Одна мысль о том, что кто-то может причинить вред моей дочери, делала невозможной любую логическую мысль, и мне нужно было сохранить ясную голову в этой ситуации.
— Атакуй Лас-Вегас, дядя. Попроси помощи у каждого Младшего Босса, Капитана и каждого ебаного солдата и разрушь эту дыру.
— У нас ничего не выйдет. Римо узнает о нашем нападении еще до того, как мы доберемся до Вегаса, и будет готовиться. Он спрячет Фину где-нибудь в другом месте или убьет ее, чтобы наказать нас.
Сэмюэль отрицательно покачал головой.
— Мы не можем просто ждать, пока он ее вернет. К тому времени он уже сломает ее.
— Я свяжусь с ним и постараюсь прийти к взаимопониманию. И пока я это делаю, посмотрю, есть ли у нас какие-то варианты, чтобы заполучить кого-то, кого мы сможем обменять на Фину.
— Римо ни о ком не заботится так, как мы заботимся о Фине. Сомневаюсь, что он вообще заботится о своих проклятых братьях. Они близки, потому что знают, что вместе они сильнее. Как в стае. Эти психи не способны на человеческие эмоции.
Я боялся, что Сэмюэль прав, но у Римо были свои собственные демоны. У Римо была одна вещь, которую он хотел больше всего на свете.
— Есть еще возможность обменять Фину на нового Головореза Луки. Ходят слухи, что Римо больше всего на свете хочет убить его.
— Лука нам его не отдаст.
— Нет, не отдаст. Но если все провалится, мы можем рискнуть напасть на территорию Луки и попытаться добраться до этого человека.
Сэмюэль обдумал это и, казалось, смягчился от такого варианта. Это было последнее средство. Я предпочел бы прийти к решению с Римо, которое не заставило бы меня поднять войну с Фамильей на другой уровень.
Уже некоторое время Римо не было слышно, и это заставило меня насторожиться. Это заставило всех нас насторожиться.
— Он что-то задумал, — сказал Данило.
Он еще не вернулся в Индианаполис. Чувство срочности овладело всеми нами.
Сэмюэль кивнул, но в последние дни он был тихим и подавленным. Он боролся изо всех сил. Я знал, каково это нести груз прошлых решений.
— Джованни пытается возобновить контакты Рокко с МотоКлубами на территории Луки, но это очень трудно.
Если мы и хотели заполучить Гроула, то только с помощью этих сумасбродных байкеров.
— На самом деле это не для моего отца, — сказала Вэл. — Он чувствует себя более комфортно, разговаривая с политиками, чем с байкерами.
Она и Инес играли в настольную игру с детьми за обеденным столом, а мы, мужчины, расположились на диванах, обсуждая возможные решения. Было бесполезно пытаться скрыть все от детей. После нескольких недель жизни в условиях чрезвычайного положения они привыкли к этому.
Прозвенел звонок.
Пьетро нахмурился и посмотрел на часы.
— Я заказала одежду, — сказала Инес.
Пьетро велел ей пока не ходить по магазинам. Я тоже попросил Вэл оставаться дома как можно дольше. Как только мы вернемся в Чикаго и я установлю новые меры безопасности, она сможет вернуться к своей обычной рутине.
Сэмюэль закатил глаза, но тут же вскочил на ноги. Охранники все равно не подпустили бы к двери никого, кто не прошел бы первичный досмотр.
— Я хочу покататься на велосипеде! — воскликнул Леонас.
— Это слишком опасно, — сказала Вэл.
— Я собираюсь стать Капо. Это еще опаснее!
Несмотря на сложившуюся ситуацию, на моих губах появилась улыбка, и даже Пьетро рассмеялся. Данило, как всегда, выглядел сурово. Большую часть этих дней он был погружен в свои мысли, вероятно, представляя сценарии нынешней ситуации с Серафиной. Делить свое внимание между Индианаполисом и Миннеаполисом становилось все труднее с каждым днем. Я старался во что бы то ни стало избегать мыслей о том, что сейчас переживает Серафина. Они не привели ни к чему, кроме отчаянию и ярости. Ни то, ни другое не было полезным.
В гостиную вошел Сэмюэл с бледным лицом. В руках он держал сверток.
— Это только что доставили. Посылка от Римо Фальконе.
Его голос дрожал, и когда он оторвал взгляд от свертка, в его глазах сверкнул ужас.
Инес всхлипнула и прикрыла рот ладонью.
Данило вскочил на ноги, и я тоже поднялся, только Пьетро, казалось, застыл на своем месте.
— Как вы думаете, он прислал нам кусочек Серафины? — спросил Леонас.
Я подошел к столу, схватил его за руку и рывком поставил на ноги. Он поморщился.
— Наверх, — прорычал я.
Глаза Леонаса вспыхнули от шока. Я отпустил его, и он помчался наверх.
— И вы тоже, — сказала Валентина Анне и Софии, которые не колебались ни секунды.
— Открой его, — прошептала Инес, вскакивая на ноги и опрокидывая стакан.
Она бросилась к Сэмюэлю, словно хотела вырвать у него сверток и посмотреть, что там внутри. Я не мог этого допустить. Не раньше, чем я узнаю, что там. Инес была сильной женщиной, но некоторые вещи были просто за пределами того, что она могла вынести.
Я перекинул мою руку вокруг ее талии, останавливая ее. Она отчаянно сопротивлялась.
