Доктор Хэнс, Тана, Клод и Кей неспешно шли по коридору к лестнице ведущей вниз. Они были очень подавлены, каждый шаг давался очень тяжело. В правой руке доктора была зажата «случайная смерть Натана», ампула с медленным ядом зловеще поблескивала, когда на нее попадал свет керосиновых ламп. Убивать совершенно ни в чем не повинного человека очень тяжело, это слишком сильный удар по психике. Хоть в данном случае это был не человек, а Н-21. Доктор Хэнс никогда никого не убивал, призвание докторов – спасать жизни, а не гасить их. Но другого выхода нет. Рука с ампулой предательски подрагивала. Спасти жизнь одному убив другого. Это еще можно понять, когда спасаешь невинную жертву от маньяка, но здесь ведь совсем иной случай. На душе у мужчины было паршиво.
Все друзья чувствовали себя жутко виноватыми. Их заставили выбрать одного из друзей. И почему все должно было выйти именно так?!
Когда они спускались по лестнице, доктор Хэнс все же решил первым нарушить гробовое молчание:
- Юс наверняка там. Нужно будет его оттуда вывести … Главное не подавайте вида, что что-то случилось…
- Мы ведь вроде собирались вывести его оттуда после передачи энергии, – не отрывая безжизненного взгляда от пола, напомнил Кей. – Натан как раз потеряет сознание и Юс…
- А, точно… – рассеянно кивнул доктор, открывая дверь в нужную палату.
Переступив порог, ребята резко остановились, шокированные увиденной картиной. Вроде бы ничего особенного, Юс просто решил провести сеанс именно сейчас, но вот эта безжизненная поза, в которой он передает энергию, сильно их насторожила. Почему он лежит на Натане, почему он выглядит как труп?! Жизненная энергия, перетекающая в Н-21, сейчас была не такой яркой как обычно. Создавалось впечатление, будто бы она постепенно затухает.
Волна панического страха полностью захлестнула ребят. Их взгляды как один резко метнулись к прибору, отсчитывающему энергию. На мониторе показывало 93%. Сердце с уханьем упало куда-то вниз. Из горла вырывается отчаянный крик: «Юс!!!». Молниеносные движения и вот чьи-то сильные руки отдергивают одно бессознательное, но еще живое тело, от другого, разрывая контакт. Прибор издает жалобный писк, и монитор гаснет. Комната наполняется отчаянными криками. Обезумевший Кей вцепился в друга, как утопающий за спасательный круг, и принялся его трясти:
- Юс!!! Юс!!! Слышишь меня?!! Открой глаза!!! Не смей умирать!!! Юс!!!
Первым опомнился доктор Хэнс. Он схватил Кея за плечо в попытке предотвратить усугубление и без того хрупкого положения:
- Прекрати немедленно! Ты сейчас окончательно его убьешь! Он все же услышал наш разговор в гостиной, – далее мужчина обратился к Тане и Клоду. – Отнесите его в соседнюю палату, там тоже есть все необходимое оборудование. Он еще жив, не все еще потеряно!
Друзья жадно глотали каждое слово доктора и тут же бросились выполнять указания. Только бы успеть! Ведь счет шел на секунды! В мгновение ока Юс оказался уже в соседней палате, обставленной различным медицинским оборудованием.
На поднявшийся шум прибежала и Лили, которая ничего не спрашивая, тут же бросилась помогать отцу. Эта ночь предстояла быть очень долгой и тяжелой. Аппараты один за другим сменялись в руках доктора. Друзья ничего больше не могли сделать, лишь только с замиранием сердца наблюдать за яростными попытками доктора вернуть обратно покидающую это юное тело жизнь. Страшно было смотреть на линию кардиограммы на мониторе, которая из ломаной линии быстро сменялась на прямую. Разряд. Еще разряд. Прямая вновь стала слабой ломаной линией, но ненадолго. Это была самая тяжелая и яростная борьба за жизнь, в которой когда-либо приходилось принимать участие доктору Хэнсу.
Тем временем в покинутой в спешке палате, где осталось лишь одно забытое всеми бессознательное тело Натана, жизненная энергия, получив новый сосуд, принялась заполнять собой каждую клеточку. Она начала кропотливую работу по восстановлению своего сосуда. Но сейчас никому не было до этого дела. Ампула со смертью, которую выронил доктор, чудом не разбившись, закатилась под кровать. Все показатели приборов пациента медленно, но верно поползли вверх. В палате воцарилась тишина и умиротворение. Казалось, что здесь лежит вовсе не жутко искалеченный Натан, а уставший после долгих игр во дворе ребенок. Жаль, что только пока этот «ребенок» не знает, какой ценой ему дали этот безмятежный покой.
В течение всей долгой ночи продолжалась жестокая борьба за жизнь Юса. Это было похоже на ловлю рыбы голыми руками. Она очень скользкая и проворная, а если и удается ее схватить, то она начинает отчаянно биться, пытаясь выскользнуть из рук на свободу. Поэтому схватить еще не значит удержать. После бессчетного количества попыток удержать эту «изворотливую рыбу», она все же решила сдаться, видимо выбившись из сил. Все, теперь ее можно положить в корзинку и не волноваться, что рыба вновь предпримет попытку вырваться. Победа! Победа, которая выжала все соки из доктора Хэнса.
