Мила возвела глаза к потолку. Оплатив счет карточкой, она передала мне поднос, и мы принялись искать свободные места. Удача нам улыбнулась — мы нашли свободный столик возле окна. Даже относительно чистый. Очень относительно.
Но еда оказалась вполне приличной.
— Ну как? — спрашивает Мила с торжествующей улыбкой.
Вкусно, но недостаточно вкусно для того, чтобы оправдать кошмарные неудобства и убогость интерьера.
— Очень ничего, — сдержанно отвечаю я.
Мне на ум пришло странное сравнение. Я предлагаю Миле вкуснейшие деликатесы со всего света, а она все равно предпочитает есть пирожки, запивая их куриным бульоном, со своим одноклассником. Да, видно я совсем умом тронулся, раз даже тут умудрился найти аналогию с этой ее влюбленностью. Но ее невзыскательность, и вправду, тревожный симптом.
— М-м-м, Андрей, а почему способности сирен пробуждаются в восемнадцать? — прерывает Мила мои размышления.
— Трудно сказать, наверное, так пожелала ведьма, заколдовавшая нашего далекого предка.
— Ого, то есть ведьмы могут какие угодно способности людям подарить? — с восторгом спрашивает девушка.
— Вообще-то нет, — отвечаю я с усмешкой, — иначе и простых людей в мире бы не осталось, одни сверхъестественные существа. Если обычному человеку «подарить» способности, девять из десяти, он этого не переживет. А тот, кто все-таки выживет, совсем не обязательно будет способен передать их детям. Наложить проклятие для колдуна — куда более простое дело, чем преподнести дар.
— А откуда ты все это знаешь? — удивляется Мила.
— У меня много знакомых ведьм.
Если речь заходит о самых сильных ведьмах, мои мысли сразу обращаются к Велии. Она могла бы создать новое существо, мы говорили с ней об этом. По ее словам, ведьма пробуждает в человеке энергию, перестраивает его ДНК силой сознания самого человека. Но здесь есть два основных момента.
Первый, нужно точно знать, чего ты хочешь добиться. И тут, как говорила Велия, не обойтись без хорошего воображения и творческого подхода к делу. Ведьма, создавшая сирен, действовала с точки зрения определенной логики — пыталась создать существо, способное влиять на чужие биополя. И так с любым другим созданием, в конечном счете, ведьмы обладают почти всеми известными сверхспособностями, пусть и не в совершенстве.
Второй момент — как вы могли догадаться, ведьма должна быть готова к человеческим жертвам. И если для древних жрецов, преисполненных ощущением собственной значимости, это не было проблемой, то Велия, конечно, на такое не способна.
— У нас такое сильное и яркое биополе, но почему при этом в нас не влюбляются все поголовно? Почему некоторые люди могут этому сопротивляться? — Мила задает вопрос совсем из другой области, ни с того ни с сего.
Опасный вопрос. Почему одноклассник так и не полюбил ее по-настоящему? Может потому, что она не дала ему такой возможности? Я не дал. Даже людям нужно с нами какое-то время пообщаться, чтобы окончательно влюбиться.
Впрочем, времени ему могло хватить…
— Ну, поля некоторых людей почти не способны подстраиваться под другие, — осторожно говорю я, — такие люди либо никогда не влюбляются, либо находят свою одну-единственную любовь, если повезет. А некоторые люди не чувствительны к резонансу, в который входят ауры.
А вот это уже совсем другой разговор. Я старался не думать об этом, не хотел зря надеяться, но… что, если Мила не чувствительна к резонансу? Что, если мы с ней и правда, идеальная пара, просто ей нужно было время на осознание этого? Тогда ее полю не нужно было перестраиваться.
— Это как?
— Это значит, им нужно время, чтобы понять, что они влюблены. Были у меня в головном офисе сотрудники, сидели в одном кабинете, в нескольких метрах друг от друга. Их поля были идеально синхронизированы, а они друг друга даже не замечали!
— Надо же!.. — удивляется Мила. — И что с ними стало?
Я хмыкнул:
— Я послал их в командировку, дал общее задание. Сейчас у них уже третий ребенок родился, насколько я знаю!
Мила улыбнулась, в ее глазах мелькнуло восхищение. Я почувствовал себя польщенным, даже на секунду вообразил о себе невесть что. Но ничего особенного я не сделал, грех было не помочь тем двоим, да и усилий это с моей стороны не потребовало.
Все же, я мысленно поставил галочку — совершаешь хороший поступок, получаешь восхищение Милы. Буду знать.
Мила решила во что бы то ни стало забраться на колокольню, возвышавшуюся над окружающими домами чуть дальше по улице. Ладно, так уж и быть! Хоть я и сомневался, что эта «экскурсия» мне понравится, все же согласился.
Так и вышло, кроме старой кирпичной кладки и небольших окошек, затянутых сеткой, внутри не оказалось ничего. И уж точно там не было ничего интересного. Надеясь развеять скуку, я что есть силы ударил в колокол, чувствуя себя бунтарем.
— Веди себя прилично! — Мила смотрит на меня расширенными глазами и смущенно оглядывается.
— Да, мамочка! — поддразниваю я девушку. — Тебе не надоело быть такой правильной? — спрашиваю с легкой издевкой в голосе.
— Я не всегда поступаю правильно, — отвечает Мила.
