Связанные звездами полностью

Вернувшись в свою квартиру, Жюстин заварила себе чашечку чая и составила полный, подробный список имеющихся у нее вариантов. Много времени на это не потребовалось, ведь общий счет свелся к двум. Первый был рассказать Дэниелу, что она потеряла гороскопы Лео вместе со своим плащом и что кто-то должен связаться с Лео и попросить его прислать еще один экземпляр. Этот план был хорош тем, что строился на честности, и плох прежде всего тем, что тогда Дэниел узнает, что она брала факс.

Второй вариант был более сложным. В него входили поиск печатной машинки и выдумывание гороскопов для всех двенадцати знаков зодиака. Затем ей придется пробраться в офис ночью, отксерокопировать напечатанную страницу, чтобы она была похожа на факс, и подложить ее в лоток факса Генри.

Жюстин: Почему, черт тебя дери, ты позволил мне взять этот факс?

Мозг: Я, насколько тебе известно, весьма слабо контролирую твои порывы, если слово «контролирую» здесь вообще уместно. И, кстати, ты учла, что на факсах Лео должен быть маленький заголовок с номером отправителя? Само собой, написанный совсем другим шрифтом, чем текст на остальной странице.

Ее мозг был прав. Но она могла бы найти прежние факсы Лео. И сделать копию одного из них. И вырезать заголовок. Будет легко приклеить номер вверху напечатанной ею страницы и отксерокопировать все вместе, но уже сложнее убрать с копии линии, которые появятся вокруг приклеенного кусочка бумаги. Хотя, подумала Жюстин, это можно исправить с помощью канцелярского корректора и настройки подходящей яркости на копировальном аппарате.

Но где ей достать один из старых факсов Лео? Вряд ли удастся найти их на столе у Генри; теперь все они, похоже, хранятся в картонной папке Дэниела. Итак, ко всем махинациям, составляющим план номер два, добавляется еще и воровство из офиса Дэниела.

Жюстин погрызла ноготь на большом пальце, глотнула холодного чая и открыла сайт барахолки.

Была середина дня воскресенья, когда Жюстин вернулась домой с подержанной механической печатной машинкой Олимпия СМ9, пачкой бумаги формата А4 и изрядно уменьшившимся банковским счетом. Из всех машинок, увиденных ею в загородном доме полупрофессионального собирателя печатных машинок, она выбрала Олимпию СМ9, потому что владелец сказал ей, что такая же была у Дона Делилло^[97]. Очевидно, он написал все свои романы, включая «Весы», именно на такой машинке; Жюстин решила принять это за знак. Хоть это и не соответствовало протоколу, она закрыла шторы в гостиной. Смотреть на Олимпию СМ9, с ее закругленным светло-серым корпусом и клавишей переключения того же ярко-зеленого цвета, что и написанное курсивом название в центре передней панели, было довольно приятно.

Жюстин налила себе огромный стакан вина и заправила в машинку лист бумаги.

Как она собирается сделать это?

Она же не астролог. Едва ли она сейчас смогла бы сходу назвать планеты Солнечной системы в правильном порядке, не говоря уже о том, чтобы знать, где эти небесные тела находятся в данную минуту. Но даже если бы она знала, где они находятся и как расположены по отношению друг к другу, прямые они или ретроградные, у нее не возникло бы даже самой туманной идеи о том, что это все могло бы значить. Жюстин казалось, что она стоит за кулисами, и ее выход вот-вот объявят, а она не знает не то что слов, но даже названия пьесы, в которой играет.

Мозг: Значит, не упоминай никаких планет. Пиши… расплывчато.

Тогда у Жюстин появилась идея. Она припомнила, что Тара как-то рассказывала ей о радио. Секрет радиоведущего, объясняла Тара, в том, чтобы не думать, что разговариваешь с целой кучей слушателей, а представить, что перед тобой только один человек. Может быть, друг, или родственник, или выдуманный идеальный слушатель.

– С этим можно поработать, – прошептала Жюстин себе под нос.

Все, что ей нужно, это вспомнить человека, одного на каждый знак зодиака, и написать ему сообщение, персональный прогноз. Жюстин размяла пальцы и приступила.