Сев за компьютер Сандро вспомнил разговор с матерью этим утром, глянул на календарь и понял, что Тави не появлялся уже две недели и не забирал дискеты. Сандро понимал, что тот мог явиться в любую минуту, поэтому первым делом решил заняться дискетами, тем более это не заняло бы много времени. Взлом техники Рауков для него давался легко, тем более многие бойцы меняли пароли для себя, а они обычно были не сложные. Иногда Сандро находил интересные видео с дискет, которые мог продать подороже и подменял их для Тави более старыми, которые находил в сети. Тави ни разу не заметил подмены. Так, например, на одном из видео, где боец спотыкается, и арматура, торчащая из пола в разрушенном доме удивительным образом, пробивает, казалось бы, толстенное стекло лицевого щита и насквозь протыкает голову, он заработал около пяти тысяч чистыми, слив видео известному теневому сайту, посвященному гибели бойцов. В этот раз у него не было много времени, чтобы внимательно просматривать видео с дискет, поэтому он быстро проматывал каждое и кидал обратно в сверток.
– Скучно, скучно, скучно – твердил он, листая уже просмотренные дискеты. Он увидел столько смертей за последний год, что любое кровавое месиво для него было не интересным.
Он пересчитал дискеты, их чуть поубавилось, рандомно вытащил одну из них и начал мотать. С первой же минуты Сандро понял, что видео было с той стороны, он заметил на обшивке машины Никирийскую символику и не мог поверить своим глазам. Ему было интересно взглянуть на фронт со стороны врага. Но ничего опять-таки примечательного он не находил. Домотав почти до конца, он уже готов был вынуть дискету и бросить в сверток, как на кадре появилось лицо Мерсада. Сандро отмотал на начало этого отрезка и глаза его расширились.
– Да ладно? – Сандро добавил звук, в кадре появилась девушка рядом с раненным Мерсадом, она просила не убивать бойца Раука, но Свид не согласился и готов был убить обоих, но в последний момент, девушка отжала затвор. На этом видео прервалось. Сандро откинулся на спинку стула и заложил руки за голову, потом встал и открыл окно. Шум донёсся с улиц. Сигналы машин, ругань местных сторожил, всё это вернуло его в реальность. Он снова сел за стол и промотал этот отрезок. В голове возник миллион вопросов. Все давно знали, что Свиды добивают пострадавших и Рауки поступали точно также, уже четыре года нельзя было услышать об обмене пленными и уж тем более о том, что медсестра спасает врага. Даже семилетние дети знали, что там за рубежами живут не люди, а злые роботы. Об этом сообщалось ежедневно. Война уже шла не за захват территорий, а за полное уничтожение врага.
Но многие, особенно беднейшие слои населения изрядно устали от войны, и семья Сандро была в их числе. Денег было всё меньше, зарплаты урезали на нужды войны. Продукты в магазинах дорожали и им от многого пришлось отказаться. Но хуже всего было видеть вереницы похоронных процессий. В их районе это было особенно заметно. Не было и дня, чтобы Сандро не видел катафалки, разъезжающие в узких проулках. Конечно, их гетто было бездонной прорвой новых бойцов. Малоимущие мужчины и женщины были привлечены хорошими заработками и смело записывались в добровольцев. Некоторые из них и правда неплохо обогатились и прославились, но большая часть гибла в первый же месяц, после обучения. Наборы проводились волнообразно. Раз в квартал со всех экранов телевизоров и телефонов страны сообщали о новом наборе бойцов и на точках сбора образовывались очереди из людей в грязной поношенной одежде, которых сюда привела нужда или глупость.
Как только они записывались им выплачивали первый взнос, который по меркам бедного населения был весомым для того, чтобы начать новую безбедную жизнь. Но использовать они его могли только после службы или написав доверенность на другого человека, который мог в тот же день обнулить чек. В результате появилось множество мошенников, которые искали наивных и бедных людей, котором обещали провернуть эту аферу, а потом подмаслить кого надо и вернуть беднягу домой, которому полагалось идти на фронт. К удивлению, Сандро люди верили в это. Так ушел его двоюродный брат. Он был старше его лет на десять и был тем ещё пропойцей, но безобидным и веселым. Сандро помнил его с детства, а ещё помнил, как мать и тетя уговаривали его отказаться от этой затеи, помнил, как тот уже понурый садился в поезд и помнил, как его тело привезли, украсив гроб дешевыми пластиковыми цветами таких ярких оттенков, что резало глаз.