– Лично я терпеть не могу особ, которые распускают кудри по плечам, – сказала Ксюша. – Нет, если ты сидишь со своим парнем в спальне, то делай что хочешь, но в метро или в троллейбусе очень неприятно тыкаться лицом в чужую гриву, даже если хозяйка удосужилась ее с утра помыть. Еще в давке попадаются безумные папики лет сорока, которые употребляют чеснок головками, защищаются таким образом от гриппа. Нажрутся до бровей – и в подземку, дышат на всех. Убила бы таких!
Девица поравнялась с дедом, стали видны ее слипшиеся от туши ресницы, черные «стрелки», синие тени, пунцовые щеки. То ли красавица перестаралась с румянами, то ли покраснела от злобы.
– Кобель! – звонко выкрикнула Ксюша-два и начала тыкать в дядю Мишу булкой, из которой угрожающе торчала сосиска. – Привел меня в театр и давай хрен знает куда бегать! Семечки он, видишь ли, покупает! Вижу я теперь твои семки! Ща как врежу, им мало не покажется.
– Девушка, – испугался пенсионер, – я вообще ни при чем.
– Молчи, мухомор убогий, – заорала блондинка, – бухаешь тут и продолжай!
– Не трогайте деда Мишу, – вмешалась Ксюша.
Симон схватил ее руку и благодарно пожал.
Белокурая девица замерла, ее взгляд остановился, рот открылся, и она пронзительно завизжала:
– Ща получишь!
Вик вскочил.
– С ума сошла! Ты что, больная?
Я увидела, как по рубашке ботаника медленно сползает сосиска. Очевидно, девица решила швырнуть хот-дог в Симона, а попала в Вика.
– Я психованная? – заорала Ксю-два. – Это ты, пидор, моего парня к себе поближе усадил.
– Эй, спокойно, – с испугом откликнулся Симон, – ничего личного, я просто устал.
Ксю-два выставила вперед тощие руки и вонзила длинные гелиевые ногти в грудь Вика. Тот заорал, схватил истеричку за плечи и поволок ее к центральному проходу.
Ксю-два с азартом вырывала клочья волос из головы Вика. В проходе заметался луч фонарика, билетер вспомнил о своих обязанностях.
– Ксю, – орал Вик, шагая между тетками в синих костюмах, – сейчас я вернусь!
– Супер, – заликовал Симон, когда Вик и скандальная девица пропали из виду, – избавился наконец! Уж как она мне надоела! Хуже жвачки! Такая выдра противная! Вчера тока познакомились на концерте, а сегодня уже характер показывает! Я, между прочим, лидер группы «Тяжелый череп». Хотите, дам автограф?
– Нет, – хором ответили мы с Ксю.
– На диске, – не успокоился парень.
– Не интересуюсь музыкой, – добавила Ксюша.
– Да ты че, правда? Даже в машине не слушаешь? – изумился Симон. – Мы в чартах первые! Могу на концерт провести.
– Отстань, – устало ответила моя напарница.
– Неужели не слышала про группу «Тяжелый череп»? – чуть не зарыдал Симон.
– «Битлз» знаю, – вздохнула я, – еще «Роллинг Стоунс» и «Ле Цзепеллин», а про «Безумный череп» нет!
– Тяжелый, – поправил меня Симон.
– Что? – не поняла я.
– У меня тяжелый, а не безумный череп.
– Хочешь таблеточку аспирина? – ядовито спросила Ксю. – Слопаешь, и голова будет как новая! Череп полегчает!
Негр обиженно засопел, и тут занавес закрылся.
– Странный спектакль, – сказал дед Миша, – шестой раз смотрю, но смысла не понимаю!
– Пойдем в ресторан? – предложил Симон Ксюше. – Ты мне нравишься. Ща куртку принесу, она в другом ряду осталась.
Парень ушел.
– Да уж, лучше кавалера и не сыскать! – скривилась Ксю. – Штаны с помойки, свитер как у бомжа, в ушах куча колечек, а еще он негр. Может, принять его предложение, потом привести парня домой и сказать Ирке: «Знакомься, мой жених Симон»? Да только мне нужен богатый Игорь Лукьянов, с шикарной машиной и квартирой. А он не смотрит в мою сторону. Ну почему ко мне слетаются либо безумные ботаны, либо нищие с пирсингом? Интересно, как отреагирует мамахен, увидев негра? Вероятно, навсегда лишится дара речи, и мне больше не придется выслушивать ее нытье.
– Так чего, поехали? – улыбнулся Симон, снова оказываясь около нас.
– Нет, нам домой пора, – ответила Ксю.
– Ты мне понравилась, – настаивал Симон, – очень. Совсем не скандальная. Когда заварушка началась, даже не занервничала.
– Послушай, – протянула Ксения, – в нашей квартире размером с ноготь живут запойный алкоголик, тупая лентяйка и подросток без мозга. Недавно к ним прибавилась бабка, которую никто не звал. Соседи сверху вот уже пятый год делают ремонт, а прямо под окном нашей с сестрой спальни стоит лавка, где вечно тусуется местный отстой. Считаешь, что я могла среагировать на вопли твоей красотки с пластмассовыми ногтями? Да меня даже визит инопланетян не выведет из себя. Все. Чао, бамбино, сорри!
– Давай довезу тебя куда скажешь, – не успокаивался Симон, – ты мне очень понравилась! Я тебя почти люблю!
– Ты на машине? – хмыкнула Ксения.
– Вон стоит, – Симон ткнул пальцем влево.
У тротуара, рядом с роскошным белым «Бентли», ютились помятые темно-фиолетовые «Жигули».
– Мерси, – скривилась Ксюша, – уж лучше на метро.
– Тебе не нравится моя тачка? – поразился Симон.
– Нет!!!
– Но почему?
– Цвет противный.
– Могу перекрасить!
– Все! – гаркнула Ксения и решительно пошла вперед, я поспешила за ней, мы почти добрались до подземного перехода, когда с дороги донеслось:
– Ксюша!
