– Голосов никаких нет, картинок тоже, – пробормотала Ксения, – про Мармеладовну ничего… Но когда я услышала слова «красный кирпич», они в моей голове эхом отозвались, желудок железная рука сжала.
– Тебе непременно надо пойти к врачу, – забеспокоилась я.
– Ага, – скривилась моя спутница, – видела, как сегодня в муниципальной больнице все всполошились, когда Петра увидели, забегали, засуетились… Пошли в подъезд, у меня уже ничего не болит, отпустило.
Мы с Ксюшей отыскали нужную квартиру, я нажала на звонок, дверь сразу открылась, на пороге стояла дама, одетая в красивое шерстяное платье.
– Здрассти, – сказала Ксения, – нам нужен…
– Арина! – прошептала тетка. – Нет! Не может быть! Невероятно.
– Вы Ольга Ивановна? – обрадовалась я.
– Да, – подтвердила она.
– Знаете Петра Сергеевича Королева?
– Нет, – покачала головой дама.
– Он утверждает обратное, дал нам этот адрес. А вы, наверное, замужем, – осенило меня, – супруг дома, вы не хотите при нем говорить. Мы не станем доставлять вам неудобства, давайте встретимся в другом месте. Петр Сергеевич попал в больницу, он просил нас съездить к вам, сказать, что ему очень плохо.
Ольга Ивановна посторонилась.
– Входите. Живу одна, ни перед кем не отчитываюсь. Я просто в шоке, проходите на кухню.
Когда мы очутились за столом, накрытым скатертью, Ольга Ивановна велела:
– Теперь рассказывайте! Но сначала назовитесь! Вы кто?
Ксюша решила представить меня.
– Это Дарья, моя тетя, она приехала из Парижа. А я Ксения Королева, учусь на психолога.
– Забавно, – заметила Ольга Ивановна, – я преподаю психологию в институте.
– Хорошо, что не в нашем, – улыбнулась в ответ Ксю.
– Господи! – внезапно перекрестилась дама. – Просто привидение. Извини, Ксюшенька, ты невероятно похожа на одну женщину, которую я когда-то хорошо знала. Когда увидела тебя на пороге, меня словно током ударило: Арина! Живая! Потом я сообразила, что ей бы сейчас было далеко за сорок. И она погибла вместе со всеми. Сонечка тоже сгорела, и Виктор. Игра генов, случаются на свете двойники. Но сейчас ты засмеялась, и опять у меня мороз по коже прошел. Арина так же откидывала голову.
– Эта Арина, похоже, моя мать, – сказала Ксю. – Первая жена Петра Сергеевича Королева. Вы, получается, вторая? Знали мою маму? Она скончалась?
Ольга Ивановна откинулась на спинку стула.
– Тут какая-то путаница! Давай разбираться. Расскажи мне о себе.
Ксюша вывалила правду о своей семье, когда повествование закончилось, Ольга Ивановна взяла со стола сигареты.
– Впервые слышу про Петра Сергеевича Королева, хотя это имя отчего-то кажется мне знакомым.
По кухне поплыл дым, хозяйка разогнала его рукой.
– Погоди, как зовут твою маму? Жену Петра Сергеевича?
– Ирина Королева, – ответила я.
Ольга Ивановна потянулась к пепельнице.
– Так. Можно задать тебе неприятный вопрос?
– Пожалуйста, – согласилась Ксения, – со мной в последнее время и без того случилось много гадостей, будет еще одна до кучи.
– Мать рассказывала тебе о своем прошлом? Не было ли в ее биографии чего-то зазорного? Ладно, спрошу прямо: она конфликтовала с законом? Привлекалась к суду?
– Ирина сидела! На зоне, в местечке Пузырск! За убийство, но это трагическая ошибка, понимаете…
Ксения стала рассказывать историю жизни старшей Королевой. Ольга Ивановна кивала, изредка вставляя: «Так, так».
– И она не может быть моей родной матерью, – завершила повествование Ксю, – вообще никак.
– Почему? – уточнила дама.
– Ирина дура! Лентяйка! Неряха! Смотрит только сериалы! А я отлично учусь! Кроме меня в семье все идиоты! – вскипела студентка. – Я лебедь в стае жаб.
– Ая-яй-яй! – покачала головой Ольга Ивановна. – Думаю…
– …Мармеладовна не одобрит такого поведения, – вдруг выпалила Ксения. – Ой! Честное слово, не понимаю, почему произнесла эту фразу. Она сама с языка слетела, без моего желания.
Ольга Ивановна сделала вдох, оцепенела и забыла про выдох.
– Вам нехорошо? – спросила я.
Хозяйка расслабилась.
– Откуда ты знаешь про Мармеладовну? О ней мама говорила?
– Нет, мне в последнее время снятся странные сны, глюки случаются. Только вы не думайте, я нормальная, – зачастила Ксюша.
– Ну-ка, опиши подробно, что с тобой происходит, – потребовала психолог.
Ксения стала рассказывать про голоса, видения, чашку, пожилую даму. Ольга Ивановна молчала, когда Ксю наконец закончила, она пробормотала:
– Невероятно. Похоже, ты тесно связана с Нечаевым. Думаю, дед, который появляется в твоих видениях, – это Геннадий Андреевич.
– Кто такая Мармеладовна? – спросила я.
– Его жена, Софья Михайловна, – пояснила Ольга Ивановна. – Мармеладовной ее прозвала внучка Сонечка, дочь Арины. Кто отец девочки, неизвестно, Арина, образно говоря, принесла ребенка в подоле. Софья Михайловна всегда потакала падчерице из-за смерти Нины Павловны.
– Простите, мы ничего не понимаем! Ну ничегошеньки! – воскликнула я.
– Сейчас попытаюсь изложить эту историю последовательно, – пообещала Ольга Ивановна.
Мы с Ксюшей замерли и превратились в слух.
