– Понимаешь? Ирине не пришло в голову, что прозвище «Ириска» слышали все домашние, в том числе Арина. Бывшая домработница Нечаевых поверила в рассказ о хирургическом изменении лица. Она не обратила внимания, что у «профессорши» совсем не старческие кисти рук, шея. Хотя у Иры есть оправдание: Она так хотела, чтобы Софья Михайловна вернулась, так мечтала об этом, что верила всей лжи, придуманной «Нечаевой». Но умная Ксюша почему не спросила себя…
– Я никогда не видела Софью живьем, – перебила его девушка. – Откуда мне знать, как она выглядела?
– …почему Ксюша не спросила себя, – спокойно продолжил Вик, – не задала вопрос: «Полина – мать Ирины, а выглядит ее сестрой, совсем не старая».
– Да ты что, – захихикала Ксю, – она древняя, наверное, ей лет пятьдесят.
Я улыбнулась. Ну да! Когда я ходила на первый курс, умерла одна из подруг бабушки. Афанасия Константиновна очень переживала и все повторяла: «Ну как же так? Ленке Мордвиновой всего пятьдесят пять было». Я молча удивлялась. Пятьдесят пять? Это же глубочайшая старость! Вот и Ксюша так же полагает. Те, кому двадцать, считают всех, кому за сорок, мумиями.
– Здорово, – восхитился Вик. – Знаешь, Софья должна быть намного старше. Ладно, с возрастом разобрались. Но теперь, когда ты знаешь, что Полина женщина средних лет, почти ровесница Ирины, ты наконец сообразила, кто прикидывался Софьей Михайловной? Кто и зачем дурил вам голову? Кто пытался оживить твою память, чтобы выяснить, где лежит архив? Кто, кроме Игоря, хотел добраться до бумаг, чтобы убрать с дороги к депутатству соперника Лукьянова Гаврилу Мотивихина? А? Кто мог знать всю правду про Иру и то, что Софья в минуты расположения называла ее Ириской? Кто был в курсе, что Нечаева спрятала в памяти Сонечки нужную информацию, но понятия не имел ни о месте, где захованы материалы, ни о кодовой фразе? Из-за кого случился весь сыр-бор в семье? Кто уехал к любовнику? Ну? Ну?
– Полина – это Арина! – ахнула я. – Она вышла замуж за Сергея Лукьянова, у которого был сын от первого брака Игорь. Судьба иногда любит пошутить. Гарик и Ксения поступили в один институт. Но даже если бы этого не случилось, Арина могла легко найти девушку, она же знала, что Сонечку передали Ирине, девочка теперь Ксения Королева. Сколько ухищрений! И все ради чего? Чтобы сохранить доброе имя Геннадия Нечаева. Софья Михайловна патологически любила мужа. Хорошо, что я никогда не испытывала подобной страсти ни к одному мужчине. Но у меня возник вопрос. Профессорша спрятала архив, потому что хотела продолжать исследования?
Вик кивнул.
– Арина рассказала, что, пакуя чемоданы, Софья бормотала: «Сейчас все уляжется, мы заживем нормально, я приведу материалы в порядок, выпущу книгу под именем Геннадия Нечаева». Арина в тот момент была очень зла на Софью, поэтому решила причинить ей боль, воскликнула: «Ну-ну, может, тебе и удастся состряпать монографию, издать ее, как труд гения. Но я бы на это не рассчитывала!»
– Почему? – насторожилась Софья.
– Ты не молода, вдруг тебя инсульт разобьет? – пропела Арина. – Потеряешь память, забудешь, куда архив заныкала.
Нечаева вздрогнула, потом велела:
– Ирина, срочно приведи ко мне Сонечку, надо сделать все, чтобы мир узнал о гениальности Геннадия Андреевича.
И Арина поняла, что профессорша решила сделать из девочки живой сейф, она сейчас вложит в мозг ребенка нужную информацию и «запрет» ее, заякорит на кодовую фразу. Арина хорошо знала эту методику, правда, у нее у самой не хватало таланта, чтобы ею пользоваться.
– Вот странно, – протянула я.
– Что? – не понял Вик.
– Кто знал фразу «Купание красного зайца»? – продолжала я.
– Софья Михайловна, – начал злиться парень, – сколько можно одно и то же повторять! И еще Соня-Ксюша, она должна была вспомнить, где лежит…
Я перебила Вика:
– …архив, в случае, если профессорша лишится памяти вследствие болезни. Так?
– Да! – буркнул парень. – Кто-то скажет девочке «Купание красного зайца», и она приведет человека…
Я опять не дала Вику договорить:
– Кто? Кто скажет? Слова известны только Софье Михайловне! Нечаева лишится разума. Кто сможет добыть информацию из девочки?
– Черт, – прошептал Вик, – об этом я не подумал. Очень умная, не побоюсь этого слова, гениальная женщина, совершила глупейшую ошибку. Действительно! Кто сможет произнести: «Купание красного зайца»? Никто!
– Нечаева очень нервничала, – оправдала я профессоршу, – поэтому так вышло.
Вик посмотрел на Королеву.
– Твоя родная мама – Арина, отец – Геннадий Андреевич Нечаев. Ты рада?
– Нет, – сказала девушка.
– Да ну? – изумился Вик. – Лукьянова богата, и ей не удастся дальше скрывать от мужа правду, придется признать наличие дочери. Супер. Ты у нас теперь обеспеченная невеста. Твоя мечта сбылась! Эй, Ксю, то есть Соня, где радость?
– Нет, – тупо повторила Ксения, – нет. Радости нет.
Ни одна газета не узнала правды, потому что все участники событий молчали.
