Работа, которой занимались Сергей с Мишей с самого утра, была нудной, но необходимой. Опрос свидетелей, жителей дома, прошел быстро, за отсутствием этих самых свидетелей. Так же, как и вчера, дома никого не было, так что они просто прошлись по всем этажам, позвонили во все квартиры и с чувством выполненного долга удалились.
— Что дает нам теперь полную уверенность: полицию вызвал убийца, — сделал вывод Миша. — Просто, кроме него, никого больше рядом не было.
— Согласен, — кивнул Сергей. — Ну что, теперь пошли камеры слежения проверять? Приготовь документы.
Если на соседей-свидетелей Лихарев сразу не особенно рассчитывал, то на камеры возлагал большие надежды. На участке вокруг подъезда Нины их было аж шесть штук: на аптеке, на хозяйственном магазине, на стоящих точно друг против друга «Пятерочке» и «Магните», на обменном пункте валюты и на воротах трехэтажного частного дома.
— Сто процентов, в «Пятерочке» и «Магните» вместо камер муляжи висят, — предположил Миша. — На аптеке и у частника наверняка работают, и записи есть, в обменнике тоже, а вот насчет продуктового, не знаю. Как повезет.
— В обменнике тоже, как повезет, — уточнил Сергей. — Смотря, что за народ там крутится — возможно, как раз такие ребятки, которые совсем не хотят свои личики светить. Начнем с угла, с аптеки?
В аптеке действительно и с камерами все было в порядке, и вчерашние записи имелись в наличии. Заведующая проверила документы и тоже устроилась рядом, посмотреть. Посетителей почти не было, а ей явно было любопытно, что такое могло вчера заинтересовать полицию на их тихой улице. Ничего особенного она не увидела. В какой-то момент мужчины остановили запись, всматриваясь в расплывчатую фигуру в уголке экрана.
— Сахаров? — спросил Миша.
— Он, — кивнул Лихарев. — Видишь, топчется, дверь открыть не может. Руки-то заняты.
— М-да, такую охапку роз даже просто так держать неудобно, а уж с железными дверями воевать…
Через некоторое время из подъезда выскочила женщина в нарядном платье и побежала налево, в сторону перекрестка. Женщина держала в руке телефон и, похоже, с кем-то разговаривала. Сразу после этого откуда-то слева возникла еще одна фигура и скользнула в подъезд.
— Шестнадцать двадцать восемь. — Лихарев указал на время, мигающее в левом нижнем углу.
— Так никто и не сомневался, — кивнул Миша. Они посмотрели, как Нина быстро пересекла зону действия камеры, но вскоре снова показалась. Теперь она уже не бежала, а шла, хотя и быстрым шагом, и продолжала говорить по телефону.
— Сделай покрупнее, — попросил Сергей, и Миша послушно увеличил изображение.
Лицо Нины было спокойным, она улыбалась — очевидно, как раз разговаривала с Асей Семеновной, и та заверила ее, что сын находится в полной безопасности.
Цифры на экране теперь показывали шестнадцать тридцать четыре, и уже Миша указал на них пальцем:
— Звонок в полицию был две минуты назад.
— Ну, мы и не сомневались, что она ни при чем. — Сергей откинулся на спинку неудобного стула, продолжая внимательно вглядываться в экран. — Впрочем, хорошее алиби еще никому не мешало… О, смотри, выходит! — Из подъезда снова выскользнул темный силуэт — сейчас уже можно было разглядеть, что это, скорее всего, мужчина.
— Для опознания не годится, — с сожалением констатировал Миша и повернулся к ничего не понимающей, но старательно вглядывающейся в экран заведующей:
— Давайте оформим изъятие записи.
— Конечно-конечно, — засуетилась она. — Это ведь улика будет, да? Важная?
— Очень важная, — серьезно подтвердил Миша.
А Сергей добавил:
— Благодаря этой записи подтверждается невиновность человека, подозреваемого в жестоком убийстве.
— Ой! — Счастливая заведующая прижала руки к груди. — И об этом никому нельзя рассказывать? — Она обращалась к Лихареву, так как тот был явно старше.
— Ну-у… — Сергей сдвинул брови, немного подумал, потом кивнул: — Разве что самым надежным людям, которые болтать не будут. И разумеется, без подробностей.
— Ой! — повторила заведующая, а Миша, заполняющий форму на изъятие вещественного доказательства, не удержался и тихонько фыркнул.
Насчет «Пятерочки» и «Магнита» молодой опер не ошибся, разве что в «Пятерочке» действительно висел не особенно качественный муляж камеры, а в «Магните» камера была настоящая, но неработающая. Хозяйственный магазин тоже не оправдал ожиданий — камера была там настроена только на трансляцию, без функции записи. Когда дошли до обменного пункта, Лихарев, оглядевшись, отрицательно качнул головой. Действительно, хотя камера имелась, ее, похоже, никогда не включали. Парнишка в обменнике даже не мог сказать, работает она вообще или сломана и висит только для красоты.
