Почему она не говорила о том, что с ней произошло? Если она не доверяет ему, то как он мог верить ей? Роберт совершенно не знал ее. И сейчас у него было ненамного больше информации о Клариссе, чем в тот день, когда он обнаружил ее в джунглях. Совершенно одну.
Позади Роберта неожиданно послышался шум. И тут же Кларисса подошла к нему. Ее близость вновь смутила Роберта, но молодой человек не имел ничего против ее общества.
– Мне очень жаль, сеньор Метцлер. Вы, наверное, считаете меня никудышной попутчицей, но я очень плохо спала прошлой ночью, – произнесла она, осторожно разглаживая складки на юбке.
Роберт не мог не вздохнуть:
– Нет, я так не думаю. Кроме того, наша совместная поездка… ну, в общем… – Роберт сосредоточил взгляд на противоположном береге, чтобы не смотреть на собеседницу, – началась довольно необычно.
Парень был рад, что его голос не дрогнул и звучал вполне уверенно, несмотря на недоверие, которое он испытывал к Клариссе.
– Вам уже лучше, сеньорита Крамер? – поинтересовался он.
– Да, спасибо.
Краем глаза он заметил, что при этих словах ее руки немного задрожали. В тот же миг Кларисса крепко скрестила их на груди.
– Нам еще долго плыть? – спросила девушка.
Роберт задумался, нахмурившись, он не мог точно ответить на этот вопрос.
– Вы родом из этих мест? – вдруг услышал он ее голос.
– Да, – Роберт повел плечами. Почему бы им не поговорить на эту тему? Так можно лучше узнать друг друга. Разве нет? – Мои родители из первых немецких переселенцев в этих местах. Потом сюда приехало много народу, наверное, вы знаете, что в провинции Мисьонес дешево продавали землю.
Он впервые взглянул в глаза девушки. Его сердце билось уже не так часто, как раньше.
Кларисса отрицательно покачала головой и пожала плечами:
– Нет, не знаю.
– Народу осталось немного, – продолжал Роберт. – Не всякий создан для земледелия в тропическом климате. Мои родители жили недалеко от Вейнтисинко-де-Майо – растущего поселка, жители которого занимаются собирательством мате.
Кларисса робко улыбнулась.
– Да, могу себе представить, что земледелие здесь – занятие не из легких, – тихо произнесла девушка.
Роберт задумчиво посмотрел вдаль, где дорога терялась в буйной зелени. Однако же у его родителей все получилось. Они пережили не один тяжелый удар судьбы, как-то почти потерпели крах, но снова и снова собирались с силами. Они были одними из первых, кому помогали гуарани. Родители завели крепкую дружбу с местными индейцами и гордились этим.
– Колбасу, которую я пробовала, сделали ваши родители? – продолжала она.
– Да, ее готовила моя мать. – Роберт одобрительно кивнул и мельком покосился на спутницу. Он заметил, что девушка улыбается. Это делало ее еще красивее. У Роберта создалось впечатление, что они стали друг другу ближе, словно давние знакомые. – Знаете, раз в году мои родители покупают свинью, – решил продолжить свой рассказ молодой человек. О чем-то надо же было говорить? Молчать ему не хотелось. В тот миг он не чувствовал ни своего недоверия к ней, ни ее – к себе. Роберт откашлялся. – Свинья целый год ведет счастливую жизнь, а потом ее забивают, немедленно разделывают и перерабатывают. В таком жарком климате это обязательно нужно делать сразу.
Кларисса кивнула:
– И всякий раз в этот день бывает праздник.
– Вам тоже это знакомо? – ухватился за ее фразу Роберт, но тут же понял свою ошибку. Выражение лица девушки вмиг изменилось, стало более напряженным.
– Нет, – сдержанно ответила она с едва заметной заминкой. – Просто так подумала. Я… Мне кажется, я об этом слыхала.
Роберт не решился расспрашивать дальше, лишь попытался вести себя более непринужденно.
– В такой день приглашали всех соседей. Отваривали мясо с большим количеством чеснока и лука, пели старые песни, плясали, вспоминали родину. Иногда молодежь из городов, вроде меня, привозила с собой новые песни или танцы, и вскоре начиналось вавилонское столпотворение на немецком, польском, испанском и даже португальском языках.
Роберт мельком подумал о том, что старики чаще говорили на родном языке, а их дети и внуки искусно овладевали чужим языком на новой родине. И старики, и молодежь – мало кто из них думал о возвращении на родину. Освоение новых земель требовало от них много усилий, они отвоевывали их шаг за шагом. И никто теперь не сдался бы. Здесь все стали детьми тропиков, преодолевали последствия жары или сильных ливней не моргнув и глазом.
– Вы когда-нибудь привозили с собой новую песню или новый танец? – послышался голос Клариссы.
– Я плохой танцор, – парировал молодой человек.
– Вам здесь нравится жить, да? – спросила девушка.
Роберт вздохнул:
– Хм… Эти места стали родиной для моих родителей, я здесь появился на свет. По-другому я не могу к ним относиться.
Он улыбнулся спутнице и вдруг снова ощутил невероятную близость – очень странное чувство. Если он раньше и спрашивал себя, как отреагируют родители на историю о Клариссе, то теперь был уверен, что никаких трудностей не возникнет. Он нашел ее в лесу. Возможно, спас ей жизнь. Проще некуда.
