На берег они сошли лишь вдвоем, остальные пассажиры плыли дальше, на юг, большинство – на Огненную Землю и в Чили. Аврора уже знала, что Комодоро-Ривадавия – это маленький городок, расположенный в патагонской степи на берегу маленькой бухты Сан-Хорхе на побережье Атлантического океана. Места здесь отличались довольно мягким климатом, но было ветрено. Молодой город, основанный в Патагонии лишь в 1901 году как центр овцеводства, раскинулся к югу от горы Ченке, которая высилась громадной пирамидой прямо у океана. Патагонские степи в этом регионе были изрезаны горами и разделялись на узкие долины.
Аарону удалось быстро найти жилье и двух лошадей, и они с Авророй смогли доехать до лагеря инженеров, которые в этих засушливых землях уже несколько месяцев бурили скважины в поисках грунтовых вод. По дороге туда Авроре казалось, что мужество окончательно покинуло ее. Ей предстояло сложное дело – она знала своего брата.
Аврора и Аарон быстро добрались до лагеря, где неусыпные глаза следили за незнакомцами. Но никто с ними не здоровался. Достигнув центра лагеря, Аарон и Аврора переглянулись и решились спешиться. Они подошли к ближайшему мужчине, ведя за собой лошадей. Это был худой человек со светлой шевелюрой и совершенно бесстрастным выражением лица. Аврора приветливо улыбнулась ему.
– Чего хотите? – проворчал он вместо приветствия и недоверчиво взглянул на девушку.
«Что происходит? – подумала Аврора. – Почему тут все так странно себя ведут? Наверное, опасно работать в такой глуши. И конечно, им приходится остерегаться бандитов или враждебно настроенных индейцев. Возможно, поэтому здесь недоверчиво относятся к незнакомцам».
Аврора почти с досадой вздохнула:
– Я ищу Хоакина Хофера. Меня зовут…
– Хоакин Хофер? – Мужчина лишь резко махнул рукой, словно все остальное его не касается. – Он там, сзади, – проворчал он.
Аврора вздохнула и направилась, куда указали. Она сразу узнала своего брата по осанке. Он стоял в стороне рядом с другим мужчиной, который склонился над большим столом. Эти двое, наверное, были единственными во всем лагере, кто не бросил работу, чтобы поглазеть на чужаков.
Аврора еще раз сглотнула слюну. Теперь поздно, уже нельзя развернуться и убежать. В этот миг она ощутила чью-то руку на плече: Аарон подбадривал ее и улыбался.
– Иди же! – произнес он. – Брат ведь не оторвет тебе голову.
– Мне, пожалуй, нет, – ответила девушка, криво ухмыльнувшись, и пошла вперед.
Хоакин тем временем увлеченно разговаривал с тремя работниками. Двое вскоре удалились, а третий остался стоять, заложив большие пальцы за пояс, и смотрел на ее брата вызывающе, как показалось Авроре. «Хоакин возмужал, – подумала Аврора, – стал крепче, плечи раздались. Нет, он больше не похож на щуплого студента, который корпел над книгами или увлеченно крутился возле машин. Он стал мужчиной».
На Хоакине, как и на других работниках, была серая рубашка и рабочие штаны, темные башмаки и такого же цвета шляпа. Отросшие волосы спадали Хоакину на лицо. Энергичным движением он постоянно откидывал их назад.
Авроре эти движения были так знакомы, что сердце забилось быстрее. «Я соскучилась по нему», – подумала она.
Последние метры она невольно преодолела почти вприпрыжку. Теперь девушка радовалась, что вновь увидится с братом. А он до сих пор ее не заметил.
– Это все, Скарпетти, – бросил он мужчине, который все еще стоял перед ним и смотрел вызывающе.
Аврору смутила враждебность, которая облаком повисла над мужчинами.
– Хоакин! – крикнула она.
Брат обернулся на зов. Недоумение на его лице сменилось радостью.
– Аврора! – воскликнул он.
Он растерянно смотрел на сестру и не сходил с места, словно не мог поверить своим глазам.
– Хоакин, я так рада, что наконец приехала.
Брат все еще ничего не говорил в ответ, но потом взял себя в руки:
– Как ты сюда попала? Что?..
В этот момент Хоакин заметил спутника Авроры, Аарон как раз подошел к ним. Лицо Хоакина с каждой секундой становилось все мрачнее.
– Что он здесь делает?
Хоакин обвил руками колени и неотрывно смотрел на пляшущие языки пламени. Чем ближе дело к ночи, тем более эмоциональными становятся рассказы мужчин. Он это уже знал. Тут говорили о драках и убийствах, чудесных спасениях, выигрышах и потерях, о клятвах, прекрасных женщинах, изменах и предательствах. Здесь не придирались к словам. Не нужно было спрашивать о правде, не нужно было упрекать другого в преувеличении. Мужчины говорили охотно, в свободное время они забывали о кропотливой точности инженеров.
