– Могу я поинтересоваться, где и каким образом вы приобрели подобные навыки? – Уолфингэм скептически приподнял бровь.
– Возможно, вам стоит прежде обратить внимание на свое предстоящее выступление, нежели беспокоиться о моей актерской игре, – резко выговорила ему Мэрайя.
Дэриэн машинально заметил, что резкость, которая обычно звучала в голосе Мэрайи, вновь вернулась. Что явно было улучшением по сравнению с ее прежним спокойным тоном, свидетельствовавшим о равнодушии, но лишь отчасти.
Он откинулся на мягкие плюшевые подушки сиденья.
– Не припомню, чтобы когда-либо был замечен в небрежном исполнении своих обязанностей и задач, равно и случаях нареканий в мой адрес, – многозначительно произнес Дэриэн.
Щеки Мэрайи мгновенно окрасил румянец смущения или гнева, хотя Дэриэн скорее предположил бы второе. Не было никаких причин считать, что Мэрайя, будучи замужем много лет и знакомой с «выступлениями» собственного мужа, вдруг почувствовала смущение, обсуждая подобную тему. Как и другие джентльмены, с которыми она делила постель во время и после брака!
Эта мысль не доставляла Дэриэну никакого удовольствия.
С чувством разочарованности он то и дело бросал на красавицу несколько смущенный взгляд из-под полуопущенных ресниц. В самом деле, прошли долгие дни – и ночи! – сплошных разочарований, последовавших с того памятного утра, когда он нанес ей визит.
Мэрайя с неизменным успехом ускользала от него в тех случаях, когда Дэриэн просил ее о встрече, ссылаясь на то, что им необходимо обсудить свои дальнейшие действия. Но Мэрайя постоянно ему отказывала, утверждая, что слишком занята подготовкой к отъезду.
Предположение Дэриэна, что от них, как от любовников, ожидают, что он будет часто наведываться к ней домой, было встречено глухой стеной молчания. Мэрайя не нарушила своего молчания ровно до того момента, как он заехал за ней сегодня вечером.
Еще одним разочарованием стала постигшая Мэйстоуна неудача: тот не смог убедить кого-либо из задержанных троих мужчин выдать следствию больше информации касательно участия Николсов в этом заговоре.
К счастью, после заявления регента о своем решении все же явиться на костюмированный бал в субботу вечером, Мэйстоуну и другим членам правительства удалось настоять на том, чтобы он не совершал столь опрометчивого поступка.
Вместо этого Обри и несколько его агентов займут резиденцию У интертон-Мэнор, расположенную лишь в пяти милях от Итон-Парка, и будут ожидать вестей от Дэриэна и Мэрайи. В их задачу входило проследить за реакцией Николсов на извинительную записку от регента, которую должны будут доставить ровно в пять часов вечера в субботу. Скорее всего, именно в это время все гости соберутся на чай, и тогда Мэрайя с Дэриэном смогут внимательно приглядеться к Николсам и проследить за тем, что произойдет потом. Если вообще что-нибудь произойдет.
Эта мысль была еще одним источником раздражения Дэриэна, который обычно избегал подобных сборищ как чумы. Не потому, что был слишком правильным и строгим, как частенько говорила ему Мэрайя, а потому, что попросту считал для себя невозможным демонстрировать свои чувства, переживания и отношения с кем бы то ни было. Досадовал он и на то, что вот уже три ночи подряд, укладываясь в свою холодную холостяцкую постель, воспроизводил в своем воображении весьма интимные сцены, участницей которых неизменно являлась Мэрайя.
В результате после трех бессонных ночей он очень рано поднимался, принимал прохладную ванну и спешил в боксерский зал, где к нему присоединялись его друзья. Это хоть как-то позволяло сбросить накопившееся напряжение.
Дэриэн сильно сомневался, что, находясь так близко от Мэрайи несколько дней подряд, сможет найти выход своей неуемной энергии.
Нет, он со всем основанием ожидал, что в доме Николсов его подвергнут еще более тяжкой пытке. Как это было принято на подобных вечерах, его спальня, скорее всего, будет примыкать к спальне леди Бичем.
Проведя несколько часов в одной карете с Мэрайей, Дэриэн вновь и вновь вдыхал ее экзотический и очень эротичный аромат, который так смущал его чувства. Это было словно наваждение… Он уже не мог с уверенностью сказать, сумеет ли противостоять искушению открыть ночью дверь, разделяющую их спальни.
– Вы всегда пользуетесь этими духами?
Мэрайя бросила внимательный взгляд на Уолфингэма, удивленная неожиданным вопросом и его резким тоном. Как обычно, выражение его лица было непроницаемым.
Она вздернула подбородок:
– Вам он не нравится?
– Он довольно необычный, – уклончиво произнес Дэриэн.
Мэрайя мягко засмеялась:
– Это не ответ на мой вопрос, Уолфингэм.
– Дэриэн.
Она моргнула:
– Прошу прощения?
– Я подумал, что теперь самое время начать обращаться ко мне по имени. Дэриэн.
– Вы так думаете? – спросила она обманчиво спокойным тоном, который был ее единственным оружием против бури эмоций, разгоравшейся в глубине этих холодных зеленых глаз.
