По дороге к примерочным хватаю несколько наиболее приглянувшихся мне вариантов и, оставив Брайана покорно ждать на диванчике, захожу за шторку.
Подпевая песне, звучащей из колонок в магазине, стягиваю свою одежду и накидываю первое платье: черное, облегающее тело, словно вторая кожа.
Коротким движением отодвинув штору в сторону, выставляю наружу только одну ногу, а затем плавно выхожу следом, рассчитывая произвести фурор. Но вместо того, чтобы смотреть мое представление, Брайан сидит в телефоне.
– Ой, да ладно! – недовольно топаю босой ногой, привлекая его внимание. – Это мне надо или тебе?
– Красиво, – вместо ответа на вопрос произносит Брайан, откидываясь на спинку дивана. – Прости. Я весь внимание.
Сдерживаю хитрую улыбку и кручусь вокруг своей оси, давая рассмотреть, как село платье. А село оно великолепно!
– Возьмем это? – он подскакивает, а я закатываю глаза и давлю на его плечи, усаживая обратно.
– Мы не возьмем первое попавшееся. К тому же не хочу постоянно оттягивать его вниз.
Ему приходится опустить взгляд на мои ноги, платье на которых вновь поползло вверх, открывая все больше кожи. А я специально не спешу его поправлять.
Вижу, как дергается кадык Брайана, как темнеют на мгновение его глаза, и, довольная произведенным эффектом, возвращаюсь в примерочную.
Второе платье оказывается не менее привлекательным. Глубокого красного цвета, оно делает акцент не только на ногах, но и на глубоком вырезе, выгодно подчеркивающем грудь.
Ухмыляюсь и взъерошиваю волосы.
В этот раз я выхожу сразу, но отыгрываю плавную кошачью походку.
– Что скажешь?
– Красиво.
Маска на моем лице дает трещину.
– Других слов в запасе нет?
– А что ты еще хочешь услышать?
– И после этого ты не хочешь ничему учиться у книжных парней, – подхожу ближе и наклоняюсь, глядя парню в глаза, пока он старается не пялиться на декольте, которое теперь еще сильнее притягивает к себе внимание. – Ты безнадежен, милый.
Подмигиваю и, не дожидаясь реакции Брайана, возвращаюсь в примерочную.
Слышу, как он хмыкает, приходя в себя, а сама не могу перестать улыбаться, словно умалишенная. Не помню, чтобы выводить кого-то из себя когда-либо доставляло мне столько удовольствия.
Увлеченная собственным ликованием, тянусь к молнии на спине и вдруг понимаю: ее заело. Улыбка мгновенно сменяется паникой.
Но молитвы не слышит ни ад, ни рай, и молния не поддается моим стараниям.
– Твою же! – зажмуриваю глаза и успеваю удариться локтем о стену.
Кажется, карма перепутала свою жертву, но с этим уже ничего не поделать.
– У тебя все в порядке? – слышу голос Брайана, подошедшего к примерочной.
– Молнию заело, – прикусываю губу, морщась от собственных слов. В моем сценарии все было совсем иначе.
Ожидаемо, в интонацию Брайана вновь примешивается ехидство:
– Значит, малышке Мун нужна моя помощь?
Отдергиваю шторку и смотрю в искрящиеся весельем глаза.
– Ты можешь просто зайти и расстегнуть эту молнию, или мне придется выслушать целую речь?
– Книжные парни так и поступают? Молча выполняют приказы?
– Брайан.
– Слушаюсь, моя госпожа, – он заходит внутрь и возвращает штору на место, скрывая нас от посторонних взглядов.
Парень устраивается сзади и, собрав мои волосы, перекидывает их через плечо. Его пальцы коротко касаются спины, и мне едва удается не вздрогнуть от неожиданных всплесков огня на собственной коже.
– Ну что там?
Мое лицо горит, а легким не хватает воздуха. Мечтаю, чтобы все это поскорее закончилось, но сегодня карты против меня.
– Не торопи, – чувствую, как его попытки тянуть молнию вниз оканчиваются такой же неудачей. – Черт.
– Будь осторожен.
– Детка, я пытаюсь.
Он прикладывает все больше усилий, но молния никак не слушается. Брайан дергает, тянет застежку вниз, но все безуспешно.
Я уже готова предложить остановиться на этом платье, а дома просто разрезать его и выкинуть. Все равно платить за него не мне.
Но у парня все же получается. Правда, вместе с молнией он справляется и с самим платьем. От силы, с которой он тянул ткань, одна из бретелек не выдерживает и отрывается, отпуская половину лифа в свободное падение.
– Готово, – вздыхает он, а затем встречается с моим побледневшим лицом через отражение в зеркале. Его глаза скользят вниз и замечают, как я прижимаю к груди спадающее платье. – Ты без лифчика?
– Спасибо, капитан очевидность, – шок сменяется злостью.
– Эй, я просто пытался помочь.
– Ты переусердствовал, милый. А теперь, может, наконец выйдешь? Или ты рассчитываешь на бесплатный стриптиз?
– Не надо так кидаться на меня. Я не специально.
Меня пронзает укол вины. Он правда старался сделать как лучше, а я опять повела себя как стерва.
– Знаю, – опускаю глаза, крепче сжимая ткань в руках. – Прости. А теперь выйди, пожалуйста.
Не произнося больше ни слова, Брайан выполняет просьбу, оставляя меня наедине с чувством вины.
