Что было силы она толкнула Зелень прямо в костёр, где он молча и неуклюже заворочался, точно перевёрнутый жук. Сучок неожиданно быстро выхватил нож, но Наташа легко выкрутила ему руку, а потом не спеша, одними пальцами, задушила. Когда старик перестал дергаться, его товарищ уже кричал, катаясь по земле — из костра он выбрался, но хорошо просаленные тряпки сразу занялись.
Данилова подобрала выроненный Сучком нож, встала над Зеленью. Он видел её и уже ни на что не надеялся, но собирался побороться. Оскалив от злости зубы, старик встал на четвереньки.
— Постой-ка… — хрипло прошептал он. — Я сейчас, сука. Я сейчас тебе объясню, что значит бомж!
Прежняя капитан Данилова, может, помедлила бы, но теперь будто кто-то другой вселился в её тело. Она схватила старика за длинные седые волосы, запрокинула ему голову и медленно перерезала глотку. Зелень умер быстро… И всё же Наташа не остановилась, пока в широкую прорезь не вывалился синюшный старческий язык.
— Умри, падаль, нарядным!
Её сшибли с ног, и осталось только съёжиться, постараться закрыться хотя бы от некоторых ударов. Тильзиты ухали, им, наверное, совершенно не было жаль стариков и их арбалетов. Невелика потеря для существ, способных становиться невидимыми, быстро передвигаться в темноте и общаться мысленно. Зато есть повод для веселья!
Кривонос Косматый опять разрешил друзьям попользоваться его самой глупой самкой.
Утром Живец понял, что сны закончились. Он уже увидел всё, что хотел Зелёный Человек, и теперь, наверное, должен воспользоваться этим знанием. Как именно — Живец не знал, но облегчение, которое он испытывал, было сильнее, нежели желание размышлять над ситуацией. Весело насвистывая, он растолкал Шацкого, эмбрионом свернувшегося в спальне на неразобранной кровати.
— Сколько времени? — Майор явно злоупотребил спиртным: на полу валялась пустая бутылка водки.
— Пора! — усмехнулся Живец. — Пора ехать к Отилю. Обещаю больше не засыпать. У тебя есть лишний ствол?
Прежде чем ответить, Шацкий сбросил на пол подушку — под ней оказался «галкин».
— Не надо мне с самого утра таких вопросов задавать, — попросил энбэшник. — Нервничаю… Нет у меня ничего лишнего. Сейчас мне надо под душ, а по дороге купим каких-нибудь таблеток.
— Есть таблетки! — Живец прошёл с ним в ванную и высыпал на столик содержимое аптечки. — Кушай на здоровье, у нас хозяйка запасливая.
— А ты освоился…
— Ещё бы! — Живец закрыл дверь, сварил себе кофе.
Первый раз в жизни! А ещё он теперь мог печь пирожные, мешать коктейли и зачитывать права задержанным — последнее умение вряд ли пригодится, но ведь и далось без труда. Мысленно пожелав Даниловой удачи, он присел на подоконник, как любила она, и уставился на Пойму. Паруса, паруса… Неужели всем ветра хватает? Старичьё на берегу повзводно занимается китайской гимнастикой, многие плещутся, словно малыши, на мелководье.
— Я готов! — вернулся бодрый Шацкий. — Слушай, а ты что же, так в халате и поедешь?
— Купим что-нибудь, — пожал плечами Живец. — У тебя ведь карта не палёная, сделай мне подарок. Спортивный костюм, трусы, носки, кроссовки, больше не прошу. Или, как вариант… завези меня в одно местечко, а? Тут недалеко, я бы вещей взял.
— Там у тебя в каждые трусы пистолет завёрнут? — ухмыльнулся Шацкий. — Извини, Дима, но я ведь рискую.
— Рискуешь, — кивнул Живец. — Ладно, я не настаиваю. Кстати, ты передал своим, что это Милош угробил Седьмой отдел?
— Я не передавал, но они знают — все твои показания записывались ещё там, на объекте. Ты говорил бессвязно, но кому надо, разберутся.
— А не навалятся они на мэра прямо сейчас? Это осложнило бы нам жизнь, знаешь ли. Я хотел бы с ним поговорить… Вдруг получится?
— Не навалятся, — вздохнул Шацкий. — Милош втравил в свою игру слишком многих, если смог вызвать флотских коммандос для операции. Фактически, чтобы сейчас его брать, нужна сила, которой у НБ нет…
— Не понял, — поднял брови Живец. — У НБ нет силы?!
— Ты оцени абсурдность ситуации: мэр, уважаемый политик, кандидат в президенты, зачищает — немотивированно! — Особый отдел своей же муниципальной полиции, целиком. Вот если бы он в финансовых аферах был замешан — другое дело, этим и занимались в последнее время. Ну, устранение членов семей конкурентов — тоже годится. А тут… Ты бы поверил такой информации в пиратских Сетях?
— Нет.
— Вот… А Милош в этой ситуации легко может отбрехаться: полицейские погибли от рук НБ, потому что НБ замешано в наркоторговле. Тут обществу всё просто и понятно, сколько уже фильмов было на эту тему… Почва подготовлена. В общем, Милошу нет смысла отступать или бежать, и любое столкновение выльется в гражданскую войну.
— Махнул! — захихикал Живец, опять посмотрев на старичков, дружно раскинувших руки. — Какая в этой стране война?
— Я серьёзно. Война пойдёт между ведомствами. И поскольку НБ никто не любит, потому что боятся, мы будем обречены. Милош сметёт единственное серьёзное препятствие, наши функции уйдут к какому-нибудь СПР, и…
— Ну, всё понятно. — Дмитрий допил кофе. — Идём.
