– Если продать «Крузак», хватит. Я уже разговаривал с моим человеком на границе. Деньги нужно будет искать на той стороне. Там, я знаю, к кому обращаться, и это будет… В общем, мне там обязаны, и проблем не должно быть.
– Отлично, Слава, значит, осталось решить, что нам делать. Мне, признаться, не хотелось бы разделяться…
– Конечно, не надо, – тут же согласилась Оксана.
– Но, это вам решать, – заключил Андрей, обращаясь к Вячеславу с Марией. – ФСБ, псы эти черные. Тучи сгущаются, и лучше бы нам уйти в тину – тихо доползти до конечной точки и там предаться всем прелестям свободной жизни. – Сказав это, Андрей ощутил, как что-то отвратительное, липкое, отдающее плесенью, скукой, пораженчеством и вечным пленом у позорного столба захватило его сознание. Он замер на полуслове и принялся жадно хватать ртом воздух. – Вот черт! – воскликнул он, оглядываясь по сторонам. – Язык мой враг мой. Я что-то не то говорю, не так…
– Андрюша, с тобой все в порядке? – беспокойно спросила Оксана.
– Да, дорогая, все хорошо, что-то я увлекся различными комбинациями грядущего миропорядка… вот опять… – Андрей выдохнул и крепко обнял Оксану. – Мне стало противно от самого себя, – прошептал он ей на ухо.
– Завтра узнаем сроки и решим, что делать, – строго произнес Кортнев.
– Я помогу вам, – сказала Мария.
– Мария? – удивился Вячеслав.
– Маша, завтра мы просто, как бы это сказать, оставим заявление на оформление паспорта, – шутя, сказала Оксана.
Андрей с нескрываемым любопытством посмотрел на Марию. Та улыбалась.
– Они не хотят вас пускать, – проговорила она, оглядывая всех.
– Кто? Куда? – удивленно спросил Андрей.
Вячеслав зажмурился.
– К ней, – ответила Мария. – Никто не должен узнать ее.
– Маша? – в свою очередь удивилась Оксана.
– Они повсюду, – продолжала Мария, – они не хотят вас отпускать. Их не увидишь, но они везде, в каждом из нас. Они… и я мешаю вам, потому, что я не могу с ними справиться, я боюсь, я очень слаба… Слава…
– Кто они, где они? – изумленно спросил Андрей.
Кортнев отвернулся к реке.
– Они здесь. – Мария прикоснулась к голове.
– Машенька, ну что ты такое говоришь? – Оксана подошла к Марии и обняла ее.
– Они держат всех в яме, все связаны, в кандалах… Все, все люди… Они…
– Маша, кто они? – не унимался Андрей, но вдруг осекся, что-то вспомнив. – Полковник, черт его возьми. Мир сквозит… Черные псы… Маша, ты наслушалась моих рассказов, и…
– Я это знала раньше… чувствовала, и чем дольше я нахожусь с вами, тем крепче меня сковывают… У меня больше нет сил, я не создана для этого, я слаба…
– Для чего, Маша? – спросила Оксана.
– Для борьбы, Оксана, для борьбы. Ты, Оксаночка, сильнее меня, храбрее, ты сможешь сопротивляться, драться с ними… Я нет, они…
– Маша, кто они? – Оксана готова была расплакаться.
– Шайтан, – неожиданно для всех произнес Ислам, – Шайтан, который держит меня в яме, и сколько бы я из нее не выбирался, возвращает меня назад. Но, я сопротивляюсь, я могу бороться, я горец и должен быть свободным. И я жду, когда он поймет, что я не отступлю, и выйдет со мной на бой. Это Шайтан.
Ислам подошел к Марии и взял ее за руку.
– Если ты будешь сопротивляться, ты можешь пропасть, а если сдашься, ты будешь жить, но… в яме. Другого пути нет.
– Да что вы все такое несете? – вскричал, не выдержав, Вячеслав.
Люди, стоявшие неподалеку, в испуге обернулись на крик.
– Тише, тише, Слава, – успокоила его Мария.
Андрей отвернулся к реке, и, увлекая за собой Оксану, подошел к перилам площадки. Он взял ее за руку и крепко сжал.
– Вот он, горизонт событий, – прошептал он.
Утром следующего дня, ровно в десять часов, Кортнев въехал на «Range Rover» Гордона в автосервис. Выйдя из автомобиля, он поприветствовал рабочих, накануне проводивших экспертизу.
– Вы уже тут? Хорошо, – сказал главный механик. – Я сейчас.
Он отошел и вскоре вернулся с конвертом.
– Вы ничего своего там не оставили? – спросил он.
– Ничего, – ответил Вячеслав, – она чиста.
– Хорошо, – сказал механик и махнул одному из мастеров: – Отгоняй!
Мастер запрыгнул на водительское сидение, завел двигатель и тут же тронулся, медленно заезжая вглубь гаража. Одновременно с этим главный механик протягивал Вячеславу конверт.
– Пересчитайте, – сказал он.
– Я пересчитаю, – раздался голос Грифеля.
Механик остановился, оглядываясь назад. Грифель подошел к нему и принял от него конверт. Кортнев насторожился, машинально заводя руку за пояс.
– Будь добр, оставь нас ненадолго, – обратился Грифель к механику, – да и работяг своих выведи, пусть отдохнут немного, я с клиентом поговорить хочу.
– Понял, – немного дрожащим голосом произнес механик и тут же удалился, забрав с собой троих мастеров, копавшихся в помещении.
– Ствол сбрось, – улыбаясь, сказал Грифель, обращаясь к Вячеславу.
В этот момент Кортнев ощутил, как чья-то тяжелая рука легла ему на плечо, в бок ему воткнулось что-то твердое и холодное. Он вытащил из-за пояса пистолет и передал его подошедшему сзади громиле.
– Заводи! – крикнул Грифель.
Другой громила, втолкнув в гараж по очереди Андрея, Марию и Оксану, и встал у них за спиной, также держа в руке пистолет.
