По рассказам, их было душ двадцать пять — тридцать. Если правда, что анархисты начинают разгуливать такими солидными шайками, то, пожалуй, наш благодатный Юг обещает в недалёком будущем возвратиться к славным временам героев — атаманов Подолии, Бессарабии и Новороссии, вроде Кармалюка, память о которых и доныне живёт в печальных песнях малороссов. Разница, по всем видимостям, будет заключаться лишь в том, что сподвижники Кармалюка так и называли себя разбойниками и грабителями, тогда как анархисты-коммунисты гордо именуют себя политическими деятелями. И надо думать, мы скоро уже доживём до того, что простая уголовщина канет в Лету, а останутся исключительно политические преступления, вытекающие из партийных убеждений и требований. То-то раздолье настанет: стреляй, режь, грабь, жги, швыряй бомбы, а попался, с чувством собственного достоинства заяви: я, мол, политический и действую, как мне подсказывает веление совести.
Словом, анархисты, огнём и бомбами превратили великолепную усадьбу г. Гаиуса в груды пепла и развалин.
Само поместье они атаковали ночью.
Поначалу их встретили револьверными выстрелами. Но когда «политики» пустили в ход бомбы, защитники усадьбы обратились в бегство. Анархисты их окружили, обезоружили и продержали под караулом до конца своей работы.
Часть анархистов бросилась в дом г. Гаиуса и стала грабить и уничтожать всё, что под руку попадалось, кидая предварительно в некоторые комнаты бомбы, чтобы вызвать ещё большую панику, и поджигая несколько строений. От рук «политических», от огня и бомб погибли обстановка, роскошные картины, предметы редкостей, любовно собиравшиеся в течение многих лет, ценная библиотека.
Провозившись безрезультатно несколько часов около прочного несгораемого шкафа, грабители услыхали тревожные сигналы поставленного около экономических служащих караула и обратились в бегство, в свою очередь, по-видимому, израсходовав запас бомб и не надеясь на одни револьверы.
Виновник нескольких политических покушений, совершённых в разное время прошлого и нынешнего года в Белостоке, Бердичеве, Киеве и Одессе, обнаружен, но, к сожалению, поздно 9 мая на старом еврейском кладбище гор. Белостока патрулем из нижних чинов Владимирского полка убит анархист еврей Арон Елин за покушение на убийство помощника пристава Шеффера и нанесение ран двум патрульным.
Белостокская группа анархистов посвятила убитому изуверу специальную прокламацию, в которой приводятся следующие случаи, где Елин проявлял «могучую отвагу и буйный революционный дух»: 1) беспрестанно терроризировал население и полицию; 2) стрелял в казачьего офицера; 3) стрелял и дворника, задержавшего «товарищей»; 4) бросил бомбу в полицейский наряд, ранившую помощника белостокского полицмейстера, пристава, околоточного надзирателя и городового; 5) отстреливался от погони в Киеве; 6) ранил в Бердичеве «буржуа», а также убил и ранил нескольких казаков; 7) принимая участие в бросании бомб в кофейню Либмана в Одессе; 8) убил в Одессе пристава и ранил городовых и, наконец, 9) принимал участие в бросании бомб в жандармское управление гор. Белостока, где один жандарм был убит и двое ранены.
Елину было всего 18 лет.
При одной мысли, сколько этот еврей ещё отнял бы человеческих жизней, не срази его солдатская пуля, становится жутко.
Пролетарии всех наций, соединяйтесь!
Товарищи!
В нашем движении произошло событие большого исторического значения: состоялся первый учредительный съезд объединённых социал-демократических Пойалей-Ционских организаций. Пройдена первая ступень развития, — завершился процесс накопления сил, и в истории нашего движения закрыты те страницы, которые были написаны более или менее случайно. Открывается новая глава: начинается наша планомерная деятельность. Мы создаём организованную силу, выступаем как «Еврейская Социалистическая Рабочая Партия».
И до этого момента различные организации «пойалей-цион» проявляли большую революционную энергию, оказывали мощное воздействие на еврейскую жизнь и занимали видное положение в широких массах еврейского пролетариата. Но их энергия рассеивалась, каждая организация выступала порознь, каждая группа, комитет работали на свой лад; организации не находились в какой-либо определённой связи между собой, о единой, выработанной тактике, разумеется, и речи быть не могло.
Относительно теоретических воззрений «п.-ц.» на тенденции еврейской действительности, на роль пролетариата и дальнейшей социальной эволюции еврейского народа, на задачи, стоящие перед ним на его пути к социализму необходимо заметить, что, хотя «п.-ц.» всегда более или менее ощущали биение пульса объективного исторического процесса, тем не менее, у нас отсутствовала ясная теоретическая платформа, и поэтому не было единой и стройной социал-политической программы…
