После того как мы обработали раны и дали воды и пищи, животное долго и благодарно глядело на нас, а потом крепко уснуло в прихожей на подстилке. Рано утром я услышал шорохи — это собака приползла из коридора прямо к моей кровати. Мы долго смотрели в глаза друг другу. В ее глазах было все — и боль, и слезы, и грусть, и любовь, и благодарность… Не стану описывать многочисленные лечебные процедуры и проблемы с выгулом — все миновало, животное поправилось. На многочисленные объявления о найденной собаке в течение месяца никто так и не откликнулся. Окрепшее животное освоилось у нас в доме и стало претендовать на лидерство и место у ног хозяина, нешуточно огрызаясь на нашу собаку (тоже девочку). Наконец нашелся добрый, одинокий, пожилой человек, который согласился взять постоялицу. Когда я повез собаку к нему домой, она все поняла и всем своим существом умоляла не делать этого. Что творилось у меня в душе — передать невозможно. Закрыв за собою дверь ее нового дома, я разрыдался. Мы не виделись два года, но регулярно перезванивались с ее хозяином. Однажды он позвонил мне и сказал, что Галя (это ее новое имя) ощенилась мертвым щенком и очень плохо себя чувствует. Когда я примчался к нему домой, собака тихо умирала, и ей ничем нельзя было помочь. Мы долго-долго смотрели друг другу в глаза и плакали. В этих глазах было все……
…В самом начале Пути мне удалось соблазнить (именно соблазнить) двух человек, готовых, как мне казалось, к трансформации сознания, включиться в Работу вместе со мною. Поначалу они рьяно взялись за чтение литературы, восхищались прочитанным, торопили события и очень хотели как можно быстрее получить конкретные результаты. Тогда я еще не понимал, что это был всего-навсего эмоциональный порыв, ничего общего не имеющий с сознательным выбором. Исходя из своего позитивного практического опыта Работы, я неоднократно пытался, порою осторожно, а порою настойчиво, направить их активность в нужное русло — на путь безмолвия рассудка.
Однако все мои увещевания успехом не увенчались, а лишь вызвали раздражение со стороны «учеников», требовавших очередную порцию захватывающей литературы как пищи для ума, существования без которого они себе не представляли. Мои осторожные намеки на то, что желательно было бы изменить свое повседневное поведение в так называемых мелочах, также вызывали взрывы агрессии. Им хотелось получить желаемый результат, сохранив в неприкосновенности все свои «святые мелочи». В конце концов я оставил их в покое, прервав с ними всякую связь. На этом мой искренний порыв «помочь людям» иссяк — я освободился от зуда учительства. Много позже я узнал, что мои бывшие «ученики» постоянно недовольны жизнью и периодически пребывают в глубокой депрессии. Они сделали свой выбор.
Справедливо замечено древними мудрецами, что учеников не надо искать — они приходят сами. Так оно и случилось. С рождения рядом со мною находился человек, которого никак нельзя было назвать легким, — это мой сын Дмитрий. Обладая утонченной психикой и феноменальной памятью, будучи очень чувствительным, он в юношеском возрасте, заполучив букет соматических заболеваний, которым его наградили усердные врачи, стал на грань серьезного нервного расстройства. В силу этих обстоятельств психологическая обстановка в семье была напряженной. В девятнадцатилетнем возрасте Дмитрий женился, а ко времени моего становления на Путь Сознательной Эволюции (осенью 1990 года), как я уже упоминал, у него родился сын Артемий. Спустя год после рождения сына Дмитрий попросил меня дать ему почитать что-нибудь серьезное. Я предложил небезызвестную книгу Сатпрема «Шри Ауробиндо, или, путешествие сознания». Честно говоря, хорошо зная своего сына, я надеялся, что эта книга рано или поздно произведет на него соответствующее впечатление. И еще — она была моей последней надеждой и последним аргументом в пользу необходимости изменить его теперешнюю жизнь. На первое прочтение книги сыну потребовалась неделя. Приведу дневниковую запись, в которой воспроизводится его впечатление по поводу прочитанного.
14 ноября 1991 года
Первым чувством, которое охватило сына, когда он начал читать книгу Сатпрема о Шри Ауробиндо, было желание разорвать ее в клочья и выбросить (заметьте — не чувство восхищения, имевшее место у первых «учеников»). Для меня совершенно очевидно, что это была реакция «эго» на Истину, которая буквально пронизывает весь текст. «Эго» увидело в этой работе потенциальную опасность для своего безоблачного существования, так что ничего удивительного в подобной реакции нет. Усилием воли сын заставил себя дочитать книгу до конца и отложил ее до времени. По его словам, другая часть его внутреннего существа (несомненно — психическая) приняла книгу, но сильнейшее «эго» определило негативную суммарную реакцию. Для меня очевидно также, что книга выполнила свою первоначальную задачу — перекинула (пусть пока хрупкий) мосток от психического существа к Истине и пробудила стремление к ее достижению. Время покажет правильность моего предположения.
