В какой-то момент, ей стало уже не важно, что тут, на Энеране, близость считается чем-то большим, нежели на Земле. Ей нестерпимо захотелось почувствовать себя во власти настоящего мужчины, такого, который тебя спасет и оградит от всех страхов.
Не выдержав, она тоже, как и Рэй, подняла свою руку и погладила сперва по мягким, немного вьющимся светлым прядям, потом опустилась на висок, прошла ладошкой по скуле и опустила свою руку, на его обнажённую грудь.
В ответ услышала стон, и мужчина ураганном набросился на её губы, сминая их и проверяя на согласие. Конечно, он понимал, что подтолкнул её своим напором, своей энергетикой, но девушка сама соглашалась на то, что он давал. А он не хотел ждать, он хотел всё и сразу. Затушив свои сомнения и угрызения совести, он опрокинул её на спину и прижав к себе, нетерпеливо принялся раздевать.
Её тело уже полностью согретое и разнеженное утопало в мягком белье постели и только краем глаз она уловила, что Рэй тоже раздевается.
— Что ты делаешь? — она попыталась вынырнуть из дурмана страсти, не став церемониться, ведь сложно выкать, когда перед тобой обнажаются.
— Ты приняла меня, — он спокойно отбросил свою одежду в сторону. — А сейчас я хочу закрепить нашу связь.
— Как закрепить? — совершенно растерявшаяся Женя, не понимала, как она умудрилось, сбегая от четырех женихов, в срочном порядке найти ещё одного?
Который явно более активный и не желающий ухаживать за ней долго и красиво, как это делали её уже такие родные, как оказалось, крылатики.
— Постой, — она уперлась в его горячую грудь руками. — Я не могу закрепить связь.
— Почему? — его губы уже вовсю целовали её.
— Потому что я ещё не с кем, то есть, у меня не было, ну в общем, — она сама не понимала что уже говорит, потому как его поцелуи приняли более агрессивный характер и сминали её сопротивление, словно волны песочные замки.
— Я это чувствую, что я у тебя буду первым мужем, — его бархатный голос обволакивал её сознание, а губы уносили в чувственную негу. — Но поверь, никто не будет против моего родства. Твоя семья будет рада такому выбору.
Он продолжал целовать, сходя с ума, от её близости.
— Ты сама меня хочешь, я же чувствую это, потому не понимаю, почему мы должны останавливаться?
— Хочу, — выдохнула она, тая под ним. — Но вот так сразу, мы толком не успели даже познакомиться.
Ее белье, он уже снял и теперь перед ним открывались идеальные формы, крепкая объемная грудь, плоский животик с округлыми бедра с красивыми стройными ножками.
Рэй застонал, погружая свои поцелуи все глубже, сводя своё счастье с ума собою.
— Рэй, — простонала она его имя и сквозь туман возбуждения, попыталась хоть как-то начать трезво мыслить. — Я не энер, я человек, разве ты не видишь?
— Человек? — это его всё же отвлекло от её бархатной кожи, которую хотелось покрывать поцелуями не останавливаясь.
— Да, да и мои родители не здесь, они на Земле, поэтому у тебя не получится, ну это, в общем ничего не получится, — она даже немного начала сожалеть, смотря что у Рэя мозги хоть немного становятся на место, а затуманенный взгляд приобретает хоть какую-то осмысленность.
— Любая человеческая девушка-землянка, прибывшая на нашу планету, автоматически становится энерийкой. И уже не важно, кто её родители, важно кто будет её первым мужем, — он спокойно объяснял ей прописные истины, которые по ходу она не знала.
Поэтому он решил усилить свой напор, чтобы у его лучика надежды, больше не было желания что-то обсуждать.
— Нет, нет, — она все ещё старалась думать, — о да, да, — сама себе противоречила она.
— Ты приняла мою руку, — уже лежа на ней, он старался удерживать свой вес, — я взял тебя, Женя, себе. То, что теперь, между нами, должно произойти, это только условности. Ты моя и я хочу об этом заявить на весь свет. Теперь мы на веки связаны, я буду о тебе заботиться, оберегать, защищать. Моя жизнь отныне принадлежит только тебе.
Говоря каждое слово, он целовал её, вкусно и сладко, от чего её разум совершенно плыл. Разве не этого она искала, не об этом она мечтала? Сильный, смелый мужчина, который пришёл ей на помощь, позаботился о ней. И как же нежно он её целует, словно несбыточную мечту, которую неожиданно поймал в свои руки.
— Какая же ты красивая, нежная, сладкая, — он провел своими губами по её шее и не удержавшись, немного прикусил её тоненькую кожицу, от чего она выгнулась ему навстречу. — Да моя сладкая.
Он в очередной раз прижал её к себе всем телом, что бы она ощутила его желание, что бы она стала его и что бы весь свет узнал об этом. Его губы опускались всё ниже, где уже нестерпимо горело у неё внутри. Страстные и тем не менее нежные движения, доводили её разум до исступления. А его руки, казалось, были везде одновременно.