Каве пребывала на грани отчаяния. Тай всё чаще кидала на неё злобные, раздражённые взгляды. Войтек всё чаще добавлял короткие ругательства, когда яркая точка сторожевого заклятия успевала растянуться в сверкающую нить.
Вряд ли бы эта ценная Жемчужина валялась под ногами, неожиданно подумалось Каве. Слишком просто… А, зная Чародольского Князя и его любовь к загадкам, сокровище стоило искать в совершенно противоположном месте.
И Каве быстро подняла взгляд на витражное стекло купола, желая оглядеть и его через кольцо обзора браслета.
И тогда вспыхнул яркий, но холодный свет. Это зажглись светильники, кольцом тянущиеся по стене – белые сферы, влитые в золотистые рожки факелов, похожие на аккуратные шарики мороженого. И последней, словно взрывая огненный фейерверк, загорелась центральная люстра – ослепительный каскад электрических свечей, мгновенно разметавшей повсюду пёстрые крапчатые блики. Её ослепительное сияние осветило тёмную фигуру человека, парящего сразу под нею.
Где-то слева слабо вскрикнула Тай, Войтек опять чертыхнулся и довольно резко, но Каве и сама узнала своего давнего знакомца, в чём-то приятеля, в чём-то – противника, но, в общем – всё того же полудуха, Рика Стригоя и Чародольского Князя в одном лице.
И даже как-то не удивилась. Впрочем, надпись на шоколадном торте подготовила девушку к встрече. А возможно, на то и княжеский расчёт был.
– Как тебе моя кухня, Каве? – громко спросил Стригой, словно бы подтверждая её мысль. – Один из десертов я попросил приготовить именно для тебя.
– Спасибо, – кисло поблагодарила Каве. – Чудный тортик.
Стригой ухмыльнулся. По всему, он пребывал в чудесном настроении и явно никуда не спешил.
– Прошло всего несколько дней, – молвил он, продолжая парить в воздухе. – А я даже как-то заскучал по тебе… Ведь у нас столько общего, Каве.
– Общего? – откликнулась девушка, машинально продолжая проглядывать потолок в кольцо обзора. Словно бы она пришла в некий музей искусств и, встретив там доброго друга, вела с ним неспешную беседу, продолжая разглядывать экспонаты.
– Конечно, Каве, – задушевно произнёс Стригой. – Много общего. Например, любовь к одним и тем де вещам.
– А-а-а, – с иронией протянула девушка. – Это точно.
Несмотря на опасность и некоторую неловкость положения, Каве отвлеклась вдруг на один из настенных светильников: его белая сфера словно бы искрилась голубоватым свечением, причём то гасла, то вновь загоралась слабым, дрожащим огоньком, и этим явно выделялась в ровном ряду света остальных ламп. Ну вот, даже у всесильного Чародольского Князя слуги не успевают вовремя заменить лампочки…
– Как успехи в поиске сокровища? – сухо поинтересовался Стригой. Казалось, он явно задет невниманием девушки.
Тай, продолжая выглядывать новые сторожевые нити, которые с прибытием хозяина не перестали появляться, тут же зыркнула на Каве. Полупрозрачное лицо рыжей чары исказилось гримасой страха и казалось в полутьме мерцающе-белым, словно бы девушка успела наесться княжеского жемчуга. Наверное, не хочется обратно в земляческий блок к старине Юдо…
– Так себе, – честно призналась полудуху Каве.
– Кстати, советовал бы не терять невидимость, – благодушно продолжил Стригой. – Иначе наш разговор может прерваться самым неприятным образом.
Войтек молча послушался совета Чародольского Князя и быстро провёл кресты над головами девушек, не забыв и про себя.
– Каве, мне просто интересно, – вежливо и как-то радостно произнёс Стригой. – Сможешь ли ты на самом деле различить Истинную жемчужину среди тысяч ложных… Ведь это вызов, Каве, для твоих уникальных способностей в распознавании иллюзий. Я прав?
Девушка одарила фигуру Рика Стригоя, парящего под куполом Залы, мрачным взглядом и крикнула:
– Тогда, может быть, ты всё-таки уберёшь сторожевые нити?
– Ну, так нечестно, – искренне огорчился Чародольский Князь. – Твои друзья останутся без дела, и потеряют азарт к нашей маленькой совместной авантюре… Наоборот, я бы добавил несколько блуждающих сторожевых вихрей, чтобы этой рыжей девчушке и её другу земляку, которого в прошлый раз я не видел, было интереснее…
Тай, только что погасившая сразу несколько опасных светящихся линий, тихо застонала.
– Да нет, спасибо, – поспешила заверить Князя Каве. – Мы и так в полном… азарте.
– В таком случае, прошу, – Стригой гостеприимным жестом обвёл залу. – А пока, если ты не против, я буду развлекать вас троих беседой…
У Каве мелко дрожали руки, но она продолжала рассматривать потолок с каким-то странным упрямством, захватывая в обзор браслета каждый кусок витражного стекла.
– Я слышал, ты уже побывала в тюрьме, Каве, – продолжил Стригой. – Интересно, кто надоумил? Хотя, можешь не отвечать… Старая лиса не сказала тебе ничего, просто открыла портал где-нибудь в лесу… Ай-яй-яй, неужели ты ему так доверяешь, этому хитрому карпатскому магу? И даже больше, чем твоему другу полудуху?
Тут Каве не выдержала.
– Тебе я вообще не доверяю, полудух, – резко сказала она. – Я знаю, о чём все твои мысли, Чародольский Князь.
