— Вы неверно формулируете выводы, уважаемый ученик. У других рас нет измененных правящих. Природные появляются у любых разумных. Просто их способности не наследуются или в этом нет закономерности.
— А синдром? Может, и он не то, что нам говорили?
— То, уважаемые ученики. Это действительно нервные судороги. Но не в результате несовершенства нервной системы, доставшейся измененным в наследство от менее совершенных предков. Болевые судороги возникают как реакция организма на рост микроскопических доброкачественных образований в нервных центрах. Как правило, в головном и спинном мозге. Они связаны с нервной и гормональной системами и отвечают за искусственные способности измененных. Такие, как скорость физической реакции, повышенная сила или реакция иммунной системы. Картина таких образований абсолютно индивидуальна для каждого измененного, как отпечатки пальцев. Соответственно и синдром обладает ярко выраженной индивидуальностью. В общем, это и все, что сейчас стоит обсуждать.
В дверях класса уже стоял лорд Индерский. Его спутник деловито прошел к первой парте. Вся процедура была отработана до мелочей. Быстрый просмотр каких-то записей на браслете ученика, минутное вглядывание ему в глаза и всё. Индерский остался около выхода и повторно всматривался в выходящего ученика. На этом вся процедура установки мнемоблока и завершалась. В знатных семьях мнемозащита практиковалась с незапамятных времен. Элементарные правила безопасности преподавались даже в обычных школах, конечно в сокращенном виде.
Сбой произошел только, когда мнемик подошел к Майе. В классе они с Иллис оставались последними. Вздрогнув, она безотчетно отшатнулась от него. Мужчина удивленно замер.
— Это совершенно не больно, — попытался он успокоить девушку.
— Я… я… мне страшно. — Майя панически глянула на Иллис. Та напряглась, пытаясь что-то сообразить.
— Не надо, Ильдар. — Индерский даже не сдвинулся с места. — Все в порядке.
— Но, лорд-врач, у нее нет блока.
— Ильдар, она в курсе всей жизни принцессы. На какой час ее жизни в последние годы ты хочешь поставить блок?
— Но как же? — совсем растерялся мужчина.
— Кир, на связь. Тебе проще все решить, — решил не затягивать объяснения Индерский. В конце концов, блоки ставил сотрудник службы теней. А он только присутствовал как контролирующее лицо.
Рядом с главным врачом дворца высветилась фигура лорд-мастера теней.
— Добрый день, мастер Ильдар, все нормально. Для тактика ее высочества блок контроля не требуется. Нам известно ее неприятие мнемовоздействий.
— Но такого не может быть!
— Может, если поставить подобный блок, — с намеком заметил Индерский. — Майя, ты можешь идти, и на будущее — сразу ссылайся на меня или лорд-мастера теней.
Кивнув, Майя постаралась как можно быстрее прошмыгнуть мимо все еще растерянного мнемика. Впрочем, тот поспешил уступить дорогу, тем более что следом шла принцесса.
Дознаватель делал доклад обстоятельно. Впрочем, как обычно. То, что его вызвали из провинции, было нормально, хоть и удивительно, что этим делом заинтересовался сам лорд-мастер. Впрочем, после покушения начальник теней докапывался до каждой мелочи. Так что и вызов в кабинет был объясним. Странным было другое. Кроме Кира здесь лично присутствовала ее высочество. Она не проронила ни слова и угрюмо устроилась за столом напротив докладчика. А позади него, скромно притулившись в неосвещенном уголке, сидела посторонняя. Конечно, подруга принцессы, о которой ходило много разнообразных слухов, но ведь посторонняя. И вот было ощущение у капитана, что свой доклад он делает именно для той, что скромно замерла в тени. А еще сигналы на столе лорд-мастера показывали, что на беседе присутствуют и другие. Пока не желающие выдавать своего присутствия. Так что докладывать приходилось предельно четко.
— Похоже, немного удалось раскопать, — резюмировал Кир. — Расследование о служебных нарушениях закончено. Заместителя начальника отделения стражи снимут с должности. Начальству сделают внушение. Ну, может, еще рядовым по выговору. И это всё?
— В деле было замешано трое местных сотрудников стражи. Но все это объясняется нехваткой мест в морге. Местным дознавателям поставлено на вид о недопустимости нарушения регламента. Более серьезных проступков не зафиксировано.
— Если так, то зачем вы требовали экспертизу сканирования тела? У вас есть какие-то сомнения насчет последнего трупа?
— Так точно. Но, к сожалению, неявные. Некоторые из допрошенных высказали сомнение, что видели шрам на лице мальчишки. Но уверенности никто не проявил. Экспертиза утверждает, что есть признаки нанесения шрама на мертвые ткани. Я решил придержать данные экспертизы. Среди выявленных нарушителей заинтересованных в подлоге нет. Да и квалификации сотрудников морга недостаточно для проведения такой качественной подделки. Есть ощущение, что кто-то воспользовался ситуацией и остался незамеченным.
В кабинете на какое-то время наступила тишина.
