– Да. Хакерство принесло мне кучу знаний о Люксе. Но то, что я сейчас говорил, я почерпнул из внимательного чтения пользовательского соглашения. Судя по твоему недоуменному взгляду, ты это соглашение так и не прочла.
– Там действительно об этом написано?
– Да, но только крайне запутанным, малопонятным юридическим языком.
– Тогда расскажи на простом и понятном языке, как работает Люкс.
– Корпорация «Гнозис» не раскрывает алгоритмов его работы. Более того, они прячут его на задворках своего главного сервера, и мне туда не добраться. Но могу предположить, что алгоритм во многом согласуется с их версией суммарного позитивного воздействия. Данные о каждом пользователе хранятся в некой SWOT-матрице[22]. Маленькая такая табличка из четырех ячеек, куда стекаются данные о сильных и слабых сторонах пользователя, его воз…
– Возможности и угрозы, – докончила я. Норт удивленно посмотрел на меня. – Нам это говорили на практикумах. А я считала, SWOT-матрицу придумала наша преподавательница для запудривания мозгов.
– Нет, это термин из мира бизнеса. Но «Гнозис» перевел его на совершенно новый уровень. Они используют SWOT для достижения равновесия. Так они обозначают жизнь, текущую плавно и усредненно. Ты бы посмотрела информацию из профилей пользователей. Нескольких вполне бы хватило. Там столько деталей, что свихнуться можно. Думаю, Люксу эти детали просто необходимы для функционирования. Все рекомендации, которые дает Люкс, исходят из этой таблички.
– Я должна увидеть свою матрицу.
Норт начал было качать головой, но я дернула его за руку:
– Прошу тебя, просто покажи ее. Я никому не разболтаю.
И вдруг я вспомнила выбор темы для экзаменационной работы по когнитивной психологии. Почему Люкс тогда поместил САП в самый конец рекомендованных тем? Мамин диагноз находился в ее истории болезни. Значит, Люкс… должен был знать, что у меня предрасположенность к САП. Тогда почему же он не поставил эту тему самой первой?
Норт мешкал еще минуту. Наверное, ждал, что я передумаю. Я не передумала.
– Ладно, – со вздохом буркнул он. Скомкав упаковку от сэндвичей, Норт бросил ее в мусоросжигатель под раковиной. – Но учти: я делаю это только потому, что ты сама напросилась.
Я ожидала, что он сейчас возьмет планшет, положит на кухонный стол и займется взломом доступа к моим данным. Но вместо этого Норт пошел в свою спальную нору и остановился возле шкафа.
– Ты идешь? – спросил он, раскрыв дверцы.
Я подбежала к нему. Не скажу, чтобы его шкаф был переполнен одеждой. Меня удивило другое: всю заднюю стенку шкафа занимал громадный постер, где в полный рост были изображены участники группы «Five O’Clock Flood». По-моему, самой скверной группы во всем мире.
– Вот уж не ожидала увидеть этих парней у тебя в шкафу, – ехидно улыбнулась я. – Мне казалось, почитатель Мильтона не станет слушать такую лабуду. И вообще, при чем тут «Five O’Clock Flood»?
– Во-первых, Норвин – человек разносторонних вкусов, – без тени улыбки ответил он. – А во-вторых, советую не торопиться с выводами.
Норт нагнулся и снял пластиковые уголки, которыми крепилась нижняя часть постера. Бумага тут же свернулась в рулон наподобие оконных жалюзи. За постером скрывалась узкая дверь с сенсорным замком, открывавшимся по отпечатку пальца. Норт убрал в карман уголки и приложил к замку большой палец. Послышался писк. Дверь была разблокирована.
– Крутейший хай-тек.
– А вот и не угадала, – сказал Норт, толкая дверь. – Когда я сюда вселился, то сразу понял: просторная спальня мне не нужна. Взял и отгородил часть пространства дешевой стекловолоконной стенкой. Дверь заставил шкафом. Вообще-то, стена прочностью не отличается. Ее можно прошибить ударом кулака. Идем. Дверцы шкафа тоже прикрой.
Я закрыла дверцы и защелкнула внутреннюю задвижку, после чего прошла в потайную комнату Норта. Она была такой же тесной, как и спальня. Места хватало лишь на небольшой стол, эргономичное кресло и два настенных экрана. В противоположном углу дремали старые ноутбуки. Каждый занимал отдельную полочку. Норт кивком указал мне на кресло, а сам потянулся к старой компьютерной клавиатуре.
– Ты до сих пор пользуешься клавиатурой? – удивилась я.
– Представь себе. Когда нужно что-то быстро набрать, клавиатура даст сто очков вперед любому тачпаду.
Он нажал клавишу ввода. Экраны осветились. Норт потянулся еще к одному раритету – черной компьютерной мыши. С трудом верилось, что когда-то люди не обходились без этого громоздкого устройства. Но зачем это современному хакеру?
Должно быть, Норт угадал мои мысли.
– Тут нечему удивляться, – улыбнулся он. – Я старомоден.
Я придвинула кресло к экрану. Мне не терпелось увидеть хакера в действии. Пока что на экране был рабочий стол. Норт кликнул по одной из папок. Открылся список файлов. Он выбрал самый верхний.
– Ну как, готова узнать страшную правду о себе?
– Постой, а откуда на твоем компьютере мой профиль? Ты что, уже…
Норт глуповато улыбнулся:
– Загрузил в день нашей встречи.
– И много нарыл?
– Обычно я стараюсь не переходить черту. Но в твоем случае…
