– Площадка повреждена! Освещения нет!
– Площадка повреждена! Приготовиться к штурмовому десантированию!
Пилот подвел вертолет аккуратно к самой крыше. Завис. До крыши было футов десять, казалось бы, ерунда, но сломать или вывихнуть ногу – запросто…
Первый. Второй. Третий…
Сэммел прыгал четвертым. Каждый раз, когда кто-то выпрыгивал из вертолета, он немного поднимался, и теперь до крыши было футов двенадцать, не десять. Он промедлил секунду и вдруг понял, что вертолет сдвигается в сторону.
– Твою мать!!!
Он прыгнул в темноте, ориентируясь на ХИС и так и не понимая, куда он прыгает – на крышу или мимо. Сердце пропустило удар… пара секунд до земли и мясная лепешка. Но это была крыша… проклятая крыша с коробками кондиционеров и всякой дрянью. Он больно ударился ногами, но эта боль была подтверждением того, что он еще жив…
Вертолет уходил в сторону – и струя трассеров, огромных как футбольные мячи, пыталась его нащупать. В самом вертолете кого-то изо всех сил пытались удержать и затащить обратно в люк.
Господи, они что тут – четверо высадились? И что, нахрен, происходит!
Кто-то бежал к нему, он схватился за автомат, но это был свой. Штаб-сержант Пол Аргант из тактической группы спасения TRAP, еще одного элитного подразделения морской пехоты, предназначенного для миссий по спасению летчиков за линией фронта.
– Ты о’кей?
– Да! Что, нахрен, происходит?!
– БТР на улице! БТР бьет по зданию! Надо его вырубить ко всем чертям!
– Чем?!
– У нас есть винтовка! Винтовка!
Ага. Значит, их снайпер, Дик Слейшер, бывший инструктор из Куантико и должен был прыгать пятым. Сбросил свое барахло, а сам не успел…
– Тогда пошли!
Они перебрались через металлические короба кондиционеров, нашли двоих, распаковывающих винтовку. Харальд, норвежец из морских егерей, и Том из сорок второго полка коммандос морской пехоты Ее Величества. Рядом валялся активированный ХИС.
– Что?
– Цела!
Как раз в этот момент пуля из пулемета, скорее всего шестидесятого калибра, задела стену. Грохот удара они услышали даже через стрельбу и шум вертолетных лопастей, взметнулись, полетели во все стороны куски бетона.
– Ублюдок, мать его! – выругался Том. – Этот сукин сын чуть всех нас не угробил.
Кстати, да. Попади он с первого раза в вертолет – и хорошо, если бы на крышу рухнули. А то и с двадцатого этажа…
– Кто возьмет?
– Я, – сказал Сэммел.
Трое посмотрели на него.
– Я курс подготовки проходил. Отвлеките его! Вон там! Хоть чем! И дайте несколько секунд!
Аргант достал из жесткого кейса футляр с трубой наведения.
– Я за наводчика. Не подставьтесь!
– Долбаные морпехи… – сказал Том.
– Я тоже тебя люблю. Пошли!
Винтовка весила больше двадцати фунтов и заряжалась патронами толщиной больше указательного пальца. Сэммел включил фонарик, сунул его в зубы, начал искать бронебойные…
Луч света высветил бело-зеленую маркировку на носике пули.[26] Отлично!
– Что там?! Видишь его?! – Пальцы уже разорвали коробку и засовывали патроны один за другим в магазин.
– Вижу! Ублюдок бьет по гражданским зданиям. Маневрирует.
Здесь все сошли с ума. Все разом сошли с этого гребаного ума. Здесь нет места милосердию – практически никакому. Здесь, занимая какую-то территорию, первым делом начинают грабеж и расправу с местным населением, которое виновато лишь в том, что принадлежит какой-то «не той» семье, роду, клану или национальности. Вот этот ублюдок, который лупит сейчас по зданиям из армейского пулемета калибра.60, думаете, он по ошибке это делает? Да ни хрена! Он всех ненавидит. И хочет, чтобы мы убрались, – не важно, сколько при этом ляжет.
С..а.
Снаряженный магазин встал на место.
– Долго еще?
– Все!
Винтовка была огромной. Для любого солдата, привыкшего к своему штатному оружию, просто чудовищно огромной. С тех пор как ее придумали, одна огневая группа могла распоряжаться мощью тяжелого пулемета, выбивая цели, которые ранее были доступны лишь взводу. Одним видом она внушала уверенность, что врагу – кем бы он ни был – не поздоровится…
– Давай!
– Дальность! Пятьсот семьдесят! Цель! БТР! На час! Двигается!
Было темно, очень скверно видно. Улица – это был какой-то проспект – чередовалась из темных мест и освещенных пожарами. И где-то там был БТР и засевший в нем за пулеметами ублюдок. И если бы один – с улицы мочили из всех стволов…
– Не вижу!
– Большой пожар! Строго на нас! Три клика вправо!
Он увидел его наконец-то. Помогло, что бронетранспортер открыл огонь – на сей раз из «ПКМБ», станкового пулемета.
– Вижу цель!
– Давай!
Винтовка отдала в плечо, дернулась. Отдача была даже ниже, чем у гусиного ружья, гениальная конструкция винтовки поглотила большую ее часть…
– Промах! Влево на клик!
Пулемет ударил по ним, красная цепочка трассеров потянулась в их направлении.
– Стой! Сдает назад!
Видимо, водитель что-то понял, резко начал сдавать назад. БТР был похож на темную массу, ворочающуюся на проспекте…
– Видишь его?!
Сэммел выстрелил снова. И в прицел увидел вспышку. Срабатывание норвежского бронебойного патрона – его действие чем-то похоже на действие гранаты «РПГ».
– Попал!
БТР остановился.
– Покидают машину…
