— Раз знакомство состоялось, то сейчас завтрак, помывка-бритье, переодевание, и отправляешься в путь.
— Куда?
— На Ра-Ар, а оттуда на Рамину — базу отряда "Акинак", — ответил атаман и, увидев, что Толстый хочет что-то возразить, добавил: — Про деньги и прочее, не беспокойся. Да и не один поедешь, а в сопровождении, так что ребята помогут.
Уже к вечеру, Толстый и двое веселых молодых казаков-геронцев, прибыли на Рамину. Путешествие прошло быстро и доставило массу хороших впечатлений, так как раньше, он пересекал Врата грузом третьей категории, а теперь, как пассажир первого класса. Сразу же на Вратах Перехода, передав флэшку офицеру СБ, они направились в Вечный Город, и остановились в гостинице "Степной Простор", которую для своих нужд, несколько месяцев назад основали казаки. Там, Толстого и казаков, встретили как родных и близких людей — приветили, сытно накормили, помыли и обогрели. А поутру, за ними прибыла машина из Штир-Штара — Логово Кудрявцева, так объяснили ему сопровождающие. Все так же втроем, они прибыли в крепость, и уже здесь, пути Толстого и его попутчиков разошлись. Казаки направились в сектор УВКР, а его повели куда-то наверх.
Кудрявцев, которого Толстый видел только пару раз в жизни, от того, прежнего, отличался разительно. Вроде бы, человек тот же самый, а присмотреться, так и совершенно другой: какой-то жесткий, вечно настороженный, как хищник, но в то же время, умудренный жизнью, что ли. Хотелось присесть рядом, и как самому близкому человеку во всех мирах, рассказать ему все и поделиться любыми секретами, высказаться, и получить его одобрение.
— Э-э-э, парень, — протянул Кудрявцев, сидящий за широким столом и внимательно рассматривающий Федора, — а ты ведь, Одаренный. — Затем он указал напротив. — Садись.
— А, кто это, Одаренный? — спросил Толстый, садясь в кресло. — Это хорошо или плохо?
— По-разному, не те понятия для определения. Потом тебе все разъяснят, — командор отбросил в сторону карандаш, который вертел в руках. — Ладно, перейдем к нашему делу. Кто еще знает о флэшке, которую ты приволок?
— Только двое: взводный — старшина Барков и рядовой Давыдов. Когда я уезжал в госпиталь, они были в сборном лагере. Остальные выжившие бойцы взвода, только подозревают, о чем мы общались с мутантом.
— Хорошо, — Кудрявцев посмотрел Толстому за спину. — Генерал, ребят надо вытянуть.
— Сделаем, я Филиппа подключу, и своих парней ему в помощь выделю. Давно уже пора на Бортнае побывать, — раздался голос позади, и Толстый, вздрогнув, обернулся. Сконцентрировав все свое внимание на Кудрявцеве, он не заметил, что в кабинете присутствует еще один человек, фото которого он видел ранее в сети — генерал-лейтенант Прохоров.
— Сиди, — сказал генерал Толстому, который хотел по привычке встать перед старшим по званию.
— Ну, что парень, — Кудрявцев вновь обратился к Толстому. — Сейчас в медсанчасть, пройдешь курс реабилитации, а дальше, все для себя сам решишь.
— Хотелось бы в вашем отряде остаться.
— Нет проблемы, но пока, подумай, а ответ дашь завтра. Ведь у нас как — вход рубль, а выхода, так и вовсе не имеется, не предусмотрен он, пока.
В полдень следующего дня, Толстый был снова здоров, и после того, как доктор сказал, что он вновь годен к военной службе, к нему пришли посетители. Сначала, это была молоденькая девчонка, которая поводила у него над головой руками, сказала, что он симпатяшка, и умчалась. А вот после нее, появился суровый дядька, в черной парадной отрядной форме и погонами генерал-майора.
— Палыч, — сухо представился он.
— Федя, — несколько робея, ответил Толстый.
— Подойди, — то ли потребовал, то ли попросил суровый генерал.
Толстый подошел к нему вплотную, и тот, пристально посмотрел ему в глаза. Что генерал там хотел увидеть, он не понял, но тот, удовлетворенно заметил:
— Силен.
— Кто? — уже не так смущаясь неизвестного генерала, спросил Толстый.
— Ты силен. Коэффициент Одаренности изначально высок. В отряде остаться хочешь?
— Конечно.
— Тогда завтра отправишься в учебный лагерь, а через месяц, я тебя заберу. Лишнего не болтай, ни про то, что ты Одаренный, ни про встречу с разумным мутантом.
— Так точно, товарищ генерал-майор.
Палыч ушел, а Толстый выглянул в окно, и понял, что теперь он там, где ему самое и место. Он попал к своим. Теперь бы еще парней с Бортная благополучно вытащить, и можно начать жить с чистого листа.
