Мучительная встреча наконец подошла к концу, и компания напротив засобиралась уходить. Я была просто до слёз рада этому, еле сдерживалась, чтобы не начать их торопить. И вот наконец мы остались одни. Адриан откинулся на спинку дивана и глубоко вздохнул.
— Зачем ты это сделал? — не выдержав задала я вопрос.
— Что «это»? — поинтересовался мужчина. — Ласкал тебя или не довёл дело до конца?
Глупо конечно, но краска бросилась мне в лицо. Однако, он прав. Вопрос нужно формулировать точнее.
— И то, и другое, — выдавила я через силу.
— Ласкал я тебя, потому что, хочу, — он ожидал такого вопроса и не чуть не смутился. — Ты моя женщина, Криста. Этого ничего не изменит. Ни люди, которые вмешиваются в наши жизни, ни обстоятельства, ни твои непонятные убеждения, которые мешают жить и тебе, и мне.
В голосе Джонсона звучала абсолютная убеждённость в своих словах. Ах, если бы он меня не просто хотел, как приз, как трофей… Если бы он чувствовал ко мне что-то кроме желания обладать. Если бы его слова о чувствах не были ложью… Но факты — вещь упрямая, и они говорят громче любых слов.
— И ты кончишь, любовь моя, — на этих словах он нагнулся ко мне, а голос его стал низким, с гипнотизирующей меня интимной хрипотцой. — Сначала от моего языка и пальцев, а потом от моего члена внутри тебя.
Откровенность слов, чувственность голоса, горячее дыхание на моей коже окончательно выбросили меня из реальности. Подавшись вперед, я поцеловала Адриана в губы. Сама.
— Так сделай это, — прошептала я в приоткрытые губы мужчины, прервав поцелуй. — Прекрати эти мучения. Я сдаюсь. Подари мне освобождение.
Глаза Адриана потемнели, он глубоко и часто дышал, возбуждённый не меньше моего. Я не понимала, чего он тянет, почему не отвечает.
— Ты точно этого хочешь? — уточнил он. — Потому что, если сейчас ты согласишься, то назад дороги не будет. Если у тебя есть сомнения, сейчас самое время передумать.
В другой ситуации и с другим мужчиной, я бы оценила подобный вопрос и возможность отступить. Только эта возможность была не более, чем иллюзией. Я прекрасно знала, если я захочу сейчас уйти, он отпустит. Но непременно добьётся своего в ближайшем будущем.
— Нет, я не передумаю, — выдохнула я, вслух признавая своё поражение.
— Поехали? — спросил Джонсон, протягивая мне руку.
— Поехали, — согласилась я, уничтожая ещё один шанс бежать.
Машина Адрина неслась по ночному городу в неизвестном мне направлении. Куда мы едем? Я не спрашивала. Это и не важно. Я была до странности убеждена, он не причинит мне физического вреда. Телесно я останусь цела и невредима. А душа… Кого она интересует? Джонсона никогда особо не заботили мои чувства.
Как упрекать его? Если я сама сейчас еду непонятно куда с человеком, который испоганил всю мою жизнь, чтобы заняться с ним сексом? Я предаю саму себя. Только иначе я не могу. Устала, да и дальнейшее сопротивление обречено, лишь затянет мучения. Сегодня каждый получит свое: Джонсон моё тело, которым так хотел обладать, а я столь желанное удовлетворение убивающего меня желания.
И пусть утром я ещё пуще возненавижу себя и наверняка увижу унизительное превосходство, а то и презрение, в невероятных глазах. Но это будет потом. Сейчас же, я его просто хочу. Жажду каждой клеточкой своего существа, как не хотела ни одного мужчину. Хоть ненадолго хочу позволить себе мечты, будто я нужна ему, любима им. И пусть всё мечты, но какие сладкие!
По дороге… Куда? Не знаю, но пока мы мчались в машине сквозь ночь и никогда не спящий мегаполис. Джонсон сел за руль выпившим или он не пил? Да какая к чёрту сейчас уже разница! Я сама, добровольно села к нему в машину и мне остаётся лишь надеяться, что его самоконтроль и выдержка в данный момент, лучше моих. Однако, поручиться за это я не могу. Адриан постоянно прикасался ко мне. То проведёт пальцами по ноге, то руки коснётся. Словно боялся, что я передумаю.
Передумаю? Какое там. На протяжении всего пути я сидела напряженная до предела, сжигаемая нестерпимым пламенем в предвкушении взрыва чувств и эмоций. Ни о чём, кроме близости с ним я не могла толком думать. Где-то в глубине сознания, слабо кричал голосок здравого смысла, взывая ко мне, стараясь донести до ополоумевшей меня, что это неправильно, так нельзя. Но я не слушала его. Если я сейчас не получу этого мужчину, не почувствую его ласк и поцелуев, не смогу ощутить его в себе, я просто сойду с ума. Он не просто нужен мне сейчас, он мне необходим, как лишний вздох умирающему.
Лихо припарковавшись, мужчина вышел из автомобиля, я последовала его примеру. Джонсон взял меня за руку и минуты через три пути, мы оказались в комфортабельном подъезде. Адриан крепко прижимал меня к себе, одаряя лёгкими, но такими жгучими поцелуями. Заслужив укоризненный взгляд консьержа, мы наконец добрались до лифта. Несколько шагов по коридору, ещё секунд пятнадцать на открывание замков и вот мы внутри квартиры. Только дверь за нами захлопнулась, как мужчина прижал меня к стене и набросился на мои губы, словно голодающий.
