— Володь, ты в бога веришь?
— Верю, а как не верить? Меня с детства приучали, что человек должен верить. У меня на родине вера в бога особенно сильна. Все великие дела мой народ делал с молитвой богу на устах. Выстаивал, выживал. Все с молитвой к богу. Всё с божьей помощью. А к чему ты это спрашиваешь?
— Молись богу, Володя. Истово молись. Ибо, чую я, грядёт время перемен.
Двое сидели в каюте и тихо говорили. Зашуршала переборка и в каюту зашёл молодой лейтенант со знаками службы безопасности.
— Майор Твердов, капитан Веласкес! Я лейтенант Лаваль. — Лейтенант коснулся панели и переборка опустилась. Он вынул маленькую коробочку и нажал на ней две кнопки. Глушитель сигналов, а это был именно такой прибор, издал слабый писк. — Я пришёл сообщить вам не очень приятные новости. Двое суток назад, четверо перевёртышей уничтожили собрание командования Легиона. Погибли все старшие офицеры. Перевёртыши естественно тоже. Сегодня собралось временное собрание и выбрало нового командующего и начальника передовой разведки.
Лаваль присел за стол и раскрыл папку с бумагами. Видимо терминалам сейчас никто не доверял.
— Владимир Твердов, Вы общим голосованием временного собрания назначаетесь главнокомандующим Легиона. Вам предписывается получить документацию для работы и в целях безопасности покинуть «Дерзкий» в течение суток. Ваше местоположение будут знать только два человека. Я и капитан Веласкес. Вы вправе выбрать планету для проживания и осесть там. Связь будете поддерживать со мной через капитана Веласкеса. Так же Вам стоит сменить имя. Вот здесь все рекомендации. Ознакомьтесь и уничтожьте.
— Но почему я? — Володя переводил взгляд с Веласкеса на Лаваля. И к чему такая конспирация?
— Вас слишком долго не было на базе, майор. В Легионе участились случаи убийств старших офицеров. Инквизиция нашла лазейку в наши ряды. Вас выбрали потому, что у Вас есть опыт командования большими подразделениями. У Вас есть опыт ведения политических дел. Я знаю кто вы на самом деле. Я знаю что вы являетесь престолонас…
— Довольно, лейтенант. Я понял. — Володя опустил голову. — А кто же занял должность командующего передовой разведкой?
— Капитан Веласкес. — Бесстрастно выложил Лаваль.
— Что? — Веласкес подскочил с места. — Лейтенант, Вы ничего не перепутали? Ведь у нас есть люди и поопытнее!
— Те кто был поопытнее, погибли на собрании. Легион может прекратить своё существование. Мы стоим на грани. Поэтому сегодня, здесь и сейчас решается судьба Легиона. Если вы истинно принадлежите Легиону, если вы считаете себя клетками организма, который называется Легион, то вы просто примите, то что я вам сообщил. Примите и начнёте исправлять ситуацию. Считайте, что сейчас идёт собрание старших офицеров Легиона. — Лаваль приложил правую руку к левой груди. — Простите мой тон. Слишком много работы в последние дни.
Твердов сидел с опущенной головой. Потом он поднял глаза и сказал:
— Легиону нужна постоянная база для дислокации. Вот мой первый приказ. Связаться с Планетарным Отделом Конфедерации и испросить в аренду планету. В обмен за предоставление аренды, мы будем выполнять задания Конфедерации в первую очередь. Мы можем немного потрепать повстанцев. Ну или что-то в этом роде.
— А имеется конкретная планета или возьмём то, что предложат? — спросил Лаваль.
— Лигея. Вполне приличная планета. Немного холодная, правда. Но сейчас нам подойдёт и такая.
— Оставьте первые распоряжения, майор. И придумайте себе новые имена. Майор Твердов и капитан Веласкес погибли неделю назад при выполнении задания. Их имена будут высечены на Камнях Славы. Мне пора. Надо ещё многое сделать. — Лаваль встал, отдал честь и направился к переборке. — И ещё. Я читал в книге Тауруса, что то что будет добыто двумя, да будет отдано сильнейшему. Вы меня поняли, про что это.
Лейтенант Лаваль приложил правую руку к левой груди и кивнув, вышел.
Всё началось с того, что Марк увидел замок. Нет, не тот электронный, который есть в каждом доме. Старинный. Древний. Супердревний! То, что это замок, а не какой ни будь другой старинный механизм, Марк почувствовал каким то внутренним чувством. Шестым, седьмым, восьмым, какое там лишнее чувство у человека? Он притягивал взгляд, манил, просил открыть его. Но. Было одно «но». Замок был древним. Такие замки Марк не то что бы не вскрывал, он их никогда раньше не видел. Электронные — да. Степические — да. Пласталловые — всегда и легко. Но эта старая железяка завела Марка не на шутку. Тем более замок висел, не где ни будь, а на двери ведущей в подвал. Там, кстати говоря, никогда не ступала нога ни одного ученика школы. Стоило попробовать вскрыть её. Ведь в школе Марк слыл непревзойдённым взломщиком любых замков. Будь то замки на электронных терминалах или на дверях. Не даром же прилипло к нему совсем не обидное прозвище — "Отмычка".
