Стас Гордеев, бывший капитан спецназа ФСБ, стал наемником, работающим на таинственный и всемогущий Синдикат. Смена правительств, убийства лидеров различных движений, экономический шпионаж – цели и задачи преступной оргнизации весьма обширны. И такой классный профи, как Стас, умеющий эффективно работать и в диких джунглях Африки, и на престижных курортах Швейцарии, – незаменим. Но главное задание Стаса – вычислить главарей Синдиката, его структуру, дислокацию тайных лагерей. А это все равно что балансировать над пропастью: в Синдикате не доверяют никому, следят за каждым, к тому же среди персонала Синдиката у Стаса есть личные враги. Но задание капитану Гордееву никто не отменял – надо работать…
«За что мне эта злая, нелепая стезя? —
Не то чтобы не знаю, – рассказывать нельзя».
«Тот, который не стрелял»
«…Закрыть Америку»… но, кажется, сие от меня не зависит?»
Опустив и зафиксировав скобу переводчика огня в положение для стрельбы очередями, Станислав прицелился в ближайшего к нему человека, десантировавшегося с катера, и плавно потянул пальцем спусковой крючок. Скупая, в два патрона, очередь срезала бойца, перебежками направлявшегося в его сторону. Тот резко остановился, словно уткнувшись в невидимую стену, и, качнувшись, как подрубленный, рухнул на белоснежный песок.
«Одиннадцать минус один…» – успел лишь отметить Гордеев, вжимаясь в дно вырытого у основания пальмы неглубокого окопчика.
Как он и ожидал, коллеги убитого немедленно и активно отреагировали на автоматную очередь. Пули густым веером полетели над головой Стаса, срезая листья и ветки с густой зелени, росшей сплошной стеной на песчаном пляже. Это были уже не первые потери местной флоры. Подходя к берегу, парни минуты три без перерыва поливали остров с катера из крупнокалиберного пулемета, кромсая свинцом деревья и кустарники.
– Сцена вторая: те же плюс… мины, – не обращая внимания на свист пуль, уже вслух произнес Гордеев, причем последнее слово он договаривал после того, как услышал громкий хлопок и последовавший за ним отчаянный крик от боли.
Кто-то шустрый первым попытался пробиться с береговой линии в заросли, чтобы обойти Гора с тыла, но напоролся на выставленную им противопехотную мину. Стас и сам точно не помнил схему минного поля и, чтобы скрыться в зарослях, воспользовался безопасным проходом за хижиной. Хотя какое там минное поле – набросал да замаскировал на границе леса и песчаной полосы три десятка «противопехоток».
После взрыва на секунду-две автоматные очереди прекратились, а затем стрельба возобновилась с новой силой. Пули, чавкая, вонзались в ствол пальмы, под которой залег Станислав, гудели роем рассерженных пчел и косили зелень. Он слышал крики. Похоже, кто-то из командиров пытался руководить отрядом, посылая людей в атаку на невидимого противника.
«Осталось девять, – с удовлетворением констатировал Стас и вытащил из нагрудного кармана небольшой, размером с брелок, пульт. – Ну что, пора в ход крупную артиллерию пускать? Получи, деревня, трактор!»
Он вдавил большой палец в кнопку на пульте и еще плотнее вжался в окопчик. Оглушительный грохот заложил уши, ударная волна подняла с береговой полосы в воздух тучи песка, разбрасывая его вкупе со смертоносным железом во все стороны – и в море, и в густые заросли. Три заложенных на пляже осколочных фугаса должны были хорошо покосить людей, прибывших на этот райский остров, чтобы убить Станислава Гордеева, бывшего капитана спецназа ФСБ, а ныне наемника, носящего имя, точнее – оперативный псевдоним, Алан, работающего на организацию, именуемую «Синдикатом».
Стряхнув с головы и плеч долетевший до окопчика песок, Стас осторожно на считаные секунды, чтобы не поймать случайную пулю, выглянул из укрытия, оценивая потери противника. Три недвижных тела живописно улеглись вокруг глубокой воронки неподалеку от хижины; еще два человека, один из которых пал от его пули, распростерлись ниц метрах в сорока от пальмы, под которой расположился Гордеев. Дальняя мина урона живой силе противника не принесла. Он бы заложил фугасы поближе друг к другу, чтобы последствия взрыва были эффективнее, однако не знал к какой точке берега приткнется катер. Потому и разнес крайние мины как можно дальше в стороны, перекрывая возможную зону высадки.
Ну что, можно подводить предварительный итог. Пять трупов на пляже, один из нападавших напоролся на противопехотную мину на границе «зеленки». Значит, в живых, а точнее – боеспособных, ведь, возможно, «противопехотка» лишь покалечила шустрика, осталось пятеро. Хотелось бы больше положить на первом этапе, но, как говорится, чем богаты…
Четверых из оставшихся в живых Станислав разглядел на поле брани. Парни оперативно среагировали на обстрел. Двое за секунды врылись в песок, раскопав окопчики для стрельбы лежа, по типу нынешнего укрытия Гордеева. Один использовал в качестве бруствера труп коллеги, которого скосил Стас. Четвертый же успел добраться до хижины – за плетеной стеной заметно шевеление и ствол из-за угла показался. А вот куда делся пятый их товарищ, пока оставалось загадкой. Хотя чего гадать, как в том анекдоте – трясти надо, то есть действовать по ранее намеченному плану.
