Уши закладывает. И в нескольких сантиметрах от меня пролетает какой-то ненормальный байкер. Хотя не так далеко висит знак сорок. От ветра мои волосы швыряет в лицо, а я вовремя придерживаю юбку, чтобы окружающие не увидели лишнего.
Байкер тормозит. Ставит ногу на асфальт и стягивает шлем.
Ну конечно…кто же еще мог попасться на моем пути?
Вот только я не припоминаю, чтобы Руслан водил мотоцикл. Крутые спортивные тачки – да. Байки – нет!
Голубые глаза впиваются в меня, заставляя затаить дыхание. Сверлим друг друга взглядами. Я переступаю с ноги на ногу. Никак не получается у меня взять под контроль эмоции, которые я испытываю по отношению к сводному.
– Заикнешься, что видела меня, и тебе не жить, сова.
Я выгибаю бровь, а у самой уже по венам кровь разгоняется.
– Тайно пытаешься смотаться?
Да, да, я в курсе, что в будние отсюда никому нельзя выехать. Но Тихомиров, видимо, возомнил себя исключением из всех правил.
И про наказания я знаю, если кого-то поймают за несанкционированным побегом, то тому придётся не весело.
Общественные работы…М-м-м-м-м.
Я предпочитаю быть в курсе всех тонкостей в системе, в которой мне приходится находиться в данный момент.
Предупрежден – значит вооружен. Я не люблю сюрпризов и не люблю узнавать все виды наказания за проколы уже после каких-либо проступков.
– Малышка, – тянет Руслан, а меня передергивает от слащавого тона, который не обещает мне ничего хорошего , – если я узнаю, что ты меня сдала…
– То что ты мне сделаешь, Руслан?
Ой, как же я сейчас рискую. Мне бы бежать от него, а я дергаю тигра за усы.
– Уверена, что ты хочешь знать мой ответ?
Мне хочется трусливо замотать головой. Но в то же время я не хочу показывать сводному братцу, что меня нервирует его присутствие рядом. Рус очень хорошо умеет пользоваться слабостями других. Он уже не один раз мне это показал и доказал.
Он ни перед чем не останавливается…
– Было бы интересно, – продолжаю я эту игру.
Сама не могу объяснить себе…зачем? Для чего мне это все? Чтобы что? Что я хочу получить в ответ от Тихомирова?
Дальше он не продолжает, мне хватает его тяжелого взгляда, чтобы понять…Руслан сейчас со мной не шутит. У сводного звонит телефон, и я ловлю себя на мысли, что вот он удачный момент, чтобы свалить в закат.
Даже делаю пару шагов, но запястье оказывается в стальных тисках, которые сжимаются до боли.
Шикаю. Пытаюсь скинуть конечность Руса, но он не поддается. Продолжает меня удерживать зачем-то.
Я застываю. Смотрю в прищуренные глаза сводного, и внутренности сжимаются.
– Далеко собралась? Я тебя не отпускал.
У меня от этих слов глаза лезут на лоб. Он сейчас серьезно? Из меня вылетает смешок. Окидываю сводного красноречивым взглядом.
Наклоняюсь поближе к нему. Обоняние улавливает нотки мяты. Стараюсь не вдохнуть поглубже. Сердце от собственной наглости делает несколько кульбитов. Дыхание замедляется. Вижу только голубые омуты Руслана. И стараюсь не реагировать на тон, что внутри растет огненный шар, грозящий сжечь каждую клеточку моего организма.
– А я не твоя рабыня, Русичка, – выдыхаю ему в лицо.
Сводный дергает бровью. Притягивает меня к себе. Ноги касаются прохладного металла его железного друга и от места соприкосновения распыляются мурашки по всему телу.
Сглатываю, но взгляда не отвожу. Мы дышим одним воздухом.
– Тихий, ты куда пропал? – долетает мужской голос из динамика его телефона, который он все ещё держит возле уха.
Рус немного отодвигается от моего лица, но не разжимает пальцы.
Что за манера хватать меня, вообще?
Дергаюсь в его руках, но снова безрезультатно. Скриплю зубами от досады.
– Я же сказал, что я буду, – у сводного на руках вены выступают от напряжения, – помню. Да. Да.
Мне ни о чем не говорят эти его “Да.” Это не мое дело.
Чем быстрее я отсюда свалю, тем проще мне станет. Не будет так тяжело дышать, глядя в ледяные глыбы глаз сводного.
Но он все ещё удерживает.
– Чего говоришь? Девчонка нужна, – резкая усмешка искажает черты лица Руслана, а в глазах вспыхивает дьявольское пламя, – будет тебе девчонка.
Мы встречаемся взглядами, и мое напряжение усиливается в миллион раз.
Боже…и почему мне кажется, что он сейчас говорит обо мне?
Но он ведь не потащит меня никуда? Он меня не переваривает и явно попытается поскорее от меня избавиться.
– До встречи, Волк.
Рус дергает меня ближе к байку. Чуть ли не спотыкаюсь.
– Ты едешь со мной, – смотрит в глаза отчего по коже мурашки.
– Вот еще, – фыркаю, но внутри уже прорастает паника, – у меня есть дела поважнее.
Тихомиров усмехается и будто становится старше. На глазах преображается.
– Ты услышала в моей реплике вопрос, Аврора? – от моего имени сказанного низким голос пробегает судорога по всему телу, – я лучше буду держать тебя в поле зрения, чтоб не настучала.
Округляю глаза.
– Определись уже, – в голос проскакивают язвительные нотки, – недавно ты сказал, чтоб я не попадалась тебе на глаза.
Рус приближает ко мне лицо. Дышим одним воздухом, который я жадно глотаю. Но не отвожу взгляда от голубых омутов.
Не хочу быть в его глазах трусихой.
– Я передумал…
Рус дергает меня. Вручает шлем и кивает за спину.