Пока Вадим говорил, «нарисованный мир» начал исчезать и проявлялся совсем другой. Мой мир…
Я лежала в поле, в ста метрах от собственного дома, в траве. А пожиратель сидел рядом. Я попробовала сесть, но ничего не получилось. Слишком сильная слабость не давала мне это сделать. Голова кружилась, хотелось воды, и глаза закрывались. А еще надо было срочно вернуть пожирателя в его мир. Здесь ему нельзя находиться. Неправильно, что он смог вырваться.
Откуда я это знала? Да просто знала, и всё. Кажется, сработала генетическая память.
«Волки! Зови их! — услышала я голос в своей голове. — Зови! По именам!»
— Костя, Антон, — прошептала я одними губами, понимая всю тщетность своих попыток.
Как они услышат, если даже я себя не слышу?
«Зови! Не останавливайся», — потребовал голос в моей голове.
— Костя, Антон, — опять сказала я непослушными губами, и в ответ мне пришел волчий вой. Улыбнувшись, я продолжила повторять имена мужчин.
А не Вадим, кажется, что-то понял и завертел головой по сторонам. Затем его глаза сузились, он попытался вскочить на ноги, но огромное существо его снесло. Я даже взглядом не смогла проследить, что это такое было и куда он утащил пожирателя.
А надо мной появилась огромная волчья морда. Поскуливая, волк облизал мне всё лицо, а затем добрался до ран на запястьях и начал зализывать уже их.
А я лежала и думала, как же мне щекотно.
В конце концов не сдержалась и, рассмеявшись, начала отталкивать морду зверюги от себя.
На что он, кажется, обиделся и демонстративно повернулся ко мне мохнатой спиной.
Я села, посмотрела на свои руки и поняла, что они совершенно чистые. Даже ранок не осталось. Поднесла ладонь и осторожно погладила волка по холке, зарывшись в длинную серую шерсть пальцами. В ответ услышала недовольное ворчание, но при этом волк лег, только голову ко мне так и не повернул.
— У тебя очень жесткая шерсть, — сказала я волку, пытаясь теребить его, как обычного пса.
На что он лишь приподнял уши, но продолжил смирно лежать на земле.
— Антон? — позвала я его, и он тут же повернул свою здоровенную морду ко мне. — Я так и подумала, что ты Антон. Сомневаюсь, что Костя позволил бы мне себя погладить.
На что волк забавно фыркнул, будто усмехнулся, и глаза весело прищурил.
— Ты очень красивый, ты знаешь это? — спросила я Антона, продолжая его чесать за ушком. — А ты меня до дома довезешь?
На что он кивнул и, встав на четыре лапы, махнул мне головой на свою спину.
Я тоже встала. Кое-как залезла на волка — правда, получилось сделать это не сидя, а лежа, — и он медленно пошел в сторону моего дома.
— Кстати, я думала, что оборотни здоровенные, как лошади. А ты на обычного волка похож, ну, может быть, чуть побольше, чем обычный, но все же… — решила сказать я вслух и спросила: — Там что-нибудь готовое есть?
Антон в ответ лишь устало выдохнул.
— Это значит да? — переспросила я и услышала грубое:
— Да!
Обернувшись, поняла, что это Костя.
Стоит голый посреди степи. Весь в крови. Жуткое зрелище, не для слабонервных.
— Ты его убил? — решила уточнить я.
— Разодрал на части, — ответил мужчина.
— Он больше не восстанет?
— Не знаю, — пожал он плечами в ответ и пошел рядом с нами домой.
А я подумала: хорошо, что сейчас ночь, а то соседи задали бы много вопросов по поводу внешнего вида Кости.
А затем в голову вдруг пришла странная мысль: почему это я сознание от крови не теряю? Раньше ведь теряла!
«Потому что на тебя до сих пор мой токсин действует», — ответил паук.
Проснулась я утром, совсем одна в постели.
Голова была как чумная.
— Почему так голова болит? — простонала я, кое-как выпутываясь из одеяла. — И где парни?
«Это все из-за моего яда, — ответил паук в моей голове и добавил: — Время уже обед, они встали утром и ушли по делам. Даже записку тебе оставили, она на столе».
Я прошаркала, как старуха, до стола и нашла записку. Прочитав её, криво усмехнулась.
«Я на стройке. В ста метрах от тебя. Если надо будет куда-то срочно сходить, пожалуйста, зови меня. Антон».
Под душем простояла до тех пор, пока вода не стала ледяной.
Так-то я и вечером перед сном мылась, но захотелось ещё раз ополоснуться.
Воспоминания возвращались флешбэками.
Особенно эпичным запомнился Костя. Когда он весь в крови и голый шел за нами, а я ехала верхом на Антоне, который был волком.
Надо же, а я их не боялась даже.
А еще вспомнила то, что мужчины уложили меня спать, укутали в одеяло, словно в кокон, легли рядом и обняли с обеих сторон.
Даже приставать не стали.
Это было мило.
Вздохнув, я пошла на кухню.
Позавтракав, я какое-то время смотрела в окно, а затем резко вскочила и спросила паука:
— Пожиратель! Он умер?
«Нет, — ответил паук. — Он ушел в свой мир. Так как лишился тела. Но надо запечатать его дверь, чтобы он больше не появился».
— Я не пойму, как он вернулся вообще? — Я зашла в комнату и села на кровать, закрыла глаза, а открыла уже в астрале.
— Быстро учишься, — вздохнул паук.
Он сидел на моем плече.
А я завертела головой по сторонам.
— Как найти его дверь?
— Просто захоти это сделать — и поймешь, — ответил паук.
