— За нами слежка, я вижу машину, пап! — прервал меня Вася.
— Что? Как такое возможно? — удивился дядя и внимательно посмотрел сначала в заднее стекло, а затем на меня.
Я лишь пожала плечами.
— У тебя что, телефон? — зло сверкнули его глаза.
— Что? Нет, — покачала я головой, пугаясь его раздражения.
— А как ты хотела связаться с Третьяковыми?
— Я думала, мы с вашего телефона позвоним, — неуверенно пробормотала я.
— Они бы не нашли нас так быстро, пап, обыщи её, наверняка у неё телефон есть, а там GPS. К тому же я замечал, что она куда-то вниз уставилась, не понял сразу, а теперь дошло, — сдал меня с потрохами двоюродный брат.
Я посмотрела на него с разочарованием, правда он в этот момент следил за дорогой, так что ему было пофиг на мои эмоции.
— Оторвись от них, — рыкнул дядя и одарил меня недобрым взглядом. — Лера, отдай мне телефон по-хорошему! Иначе будет хуже.
— Слушай его, у него рука тяжелая, — поддакнул с водительского сиденья Вася.
Вздохнув, я вытащила телефон и отдала его дяде. А тот сразу же открыл окно и выбросил его.
— Есть, я его выкинул, — сказал он, а мой брат резко свернул в подворотню и начал вилять по проулкам.
Я смотрела назад и видела, что за нами мелькает черный джип, но Вася умудрился такой лабиринт из улиц найти, что джип на третьем повороте потерялся.
— Кажется, оторвались, — радостно ответил парень спустя еще пару-тройку поворотов.
А я с грустью подумала о своем телефоне.
— Да не бойся ты, нормально всё будет, твой дед тебя точно не тронет, — сказал мне дядя Петя, заметив моё мрачное настроение.
— Ага, — ответила я и отвернулась, но в этот самый момент кто-то со всего размаху ударился в бок нашей машины, откинув на меня тяжелое тело дяди Пети, который не был пристегнут.
А я со всего размаху ударилась головой о стекло и тут же отключилась.
Очнулась от дикой боли в голове и тошноты.
Попыталась пошевелиться, но стоило сделать одно движение, как всё тело пронзило настолько сильной болью, что я сразу же отключилась.
Во второй раз, когда я очнулась, было не лучше. Теперь к головной боли и тошноте добавилась боль везде. Мне казалось, что болела каждая клеточка моего тела, но не это разбудило меня, а чьи-то голоса.
Открыть глаза не получалось, слишком плохо я себя чувствовала.
Голоса что-то говорили, но мой мозг был занят совершенно другими проблемами, поэтому смысл слов уловить не получалось. Разве что обрывки.
— Жива?
— Да.
— Вытаскивай её и молись, чтобы хозяйка нас не прибила, кусок идиота.
— Молюсь.
Эти голоса я услышала совсем близко, прямо над своей головой, и в этот момент кто-то начал меня поднимать.
Вспышка боли, и я опять потеряла сознание.
В следующий раз, когда я очнулась, было уже не так больно, но всё равно хреново.
Кто-то меня допрашивал и пытался заставить посчитать пальцы.
Ничего не получилось, я вновь отключилась.
Новое пробуждение было уже не таким тяжелым. Я увидела белый потолок и противный равномерный звук. Довольно громкий.
Кажется, это он меня и разбудил.
Повернула голову на сигнал и поняла, что он доносился с монитора. Там было три линии, и, когда на линиях появлялись острые углы, я его слышала.
До меня дошло, что это оборудование для реанимации.
Значит, я в больнице?
Попыталась приподняться, но пошевелиться не смогла. Тупо не было сил.
В этот момент сигнал стал громче и чуть не оглушил меня.
Я услышала чьи-то шаги и, повернув голову, увидела женщину в возрасте с пожилым и смутно знакомым мужчиной.
Он был в белом халате, а женщина просто в костюме. Довольно элегантном. И вообще видно было, что она далеко не бедная. Я бы назвала её леди. Это слово было самым подходящим для её образа.
Парочка приблизилась ко мне, а женщина, посмотрев на меня с брезгливостью, спросила:
— Когда я увижу результаты, Костя?
— Мария, мы взяли анализы на ДНК, тест будет готов не раньше чем через неделю, — ответил мужчина, а я вдруг вспомнила его.
Костя… Константин Антонович. Коллега моей мамы. Он был на похоронах. Это он передал мне деньги на похороны родителей, и это он самым первым мне позвонил и сказал, чтобы я связалась с родными, сыновьями дяди Андрея.
Я еще тогда удивилась, потому что не помнила такого коллеги у родителей. Но в те дни мне было так плохо, к тому же мужчина мне помог как деньгами, так и советом, поэтому я даже не подумала интересоваться, действительно ли он с ними работал.
Но что он тут делает?
В этот момент женщина продолжила:
— Избавьтесь от неё, как только получите результаты анализов.
Я хотела открыть рот, чтобы хоть что-то сказать, но сил не было даже на это, да и мысли почему-то начали путаться, мне сильно захотелось спать.
— Уверена? А как же тогда Третьяковы?
— Меня интересуют результаты эксперимента, а на этих плевать, — пожала плечами женщина и, развернувшись, громко поцокала каблуками на выход.
В этот момент я опять потеряла сознание, но умудрилась вспомнить в последние мгновения, что про Марию мне рассказывал дядя. Говорил, что она любовница деда и очень опасна. Это совпадение или это она и есть?
В следующее свое пробуждение я увидела Виктора.
— Вы? — просипела я, открыв глаза.
