Я уже собиралась это сделать, как услышала тихий скулеж.
— Волк? — вслух спросила я и начала осматриваться вокруг.
Волков я не боялась. В нашем поселке их было много. И они меня никогда не трогали. Я хотела с ними подружиться, но бабушка не позволяла подходить слишком близко ни к кому из них, кроме одного, самого большого и седого волка с огромными клыками.
К нему можно было подходить, но гладить нельзя, он сразу же начинал недовольно ворчать. Кататься на нем тоже было нельзя, просто побыть рядом, и всё. Он мог лизнуть меня в нос, рассмешив, а затем уйти. Бежать за ним и играть бабушка мне не позволяла.
Я видела, как другие волки подползали к нему на пузе, подставляли горло и выпрашивали ласки. Но он не всем позволял себя облизывать и сам очень редко это делал.
Я гордилась тем, что была почти что избранной. Одной из многих, кого волк удостаивал своеобразной ласки.
Как-то бабушка сказала, что это мой дед. Он альфа всей стаи, и его нужно уважать и бояться. Я не понимала, что это значит, но видела, что все его боятся и уважают.
При нем смолкали все разговоры, люди и даже волки почтительно кланялись.
Только я никак не могла понять, как мой дед мог быть волком. Но раз бабушка говорила, значит, так и есть.
Да и мне было не страшно рядом с ним.
Я чувствовала, что он не злой.
И в этот раз я была права, это был он. Мой дед. Седой огромный волк. Он стоял на поляне и поскуливал.
Это он звал меня.
Хотела сделать пару шагов, но сил не хватало. Ноги были словно ватные. Да и есть и пить хотелось слишком сильно.
Я заметила, что в зубах у волка был кусок мяса.
Оно было сырым, и первое, что я ощутила, — это отвращение.
Волк бросил мясо на землю, заскулил и ударил лапами рядом, взрыхляя лесную подстилку. Я понимала, что он зовет меня и хочет накормить. Но эту гадость есть бы точно не стала.
В конце концов я села, а затем и вовсе легла.
Сил оставалось всё меньше и меньше, я начала закрывать глаза и, когда заметила, что волк исчез, позволила себе расслабиться и задремать.
Очнулась от ощущения, что кто-то меня облизывает и лежит рядом, грея своими большими пушистыми телами с обеих сторон.
Открыла глаза и увидела двух смутно знакомых существ.
Это были не волки и не львы.
Я никогда таких не видела, или всё же когда-то видела?
В голове мелькнуло узнавание.
Они вылизывали меня и носом пытались подтолкнуть, чтобы я встала.
Но сил встать не было, хоть мне и было приятно их внимание и живительное тепло.
Я тоже в ответ лизнула им носы по очереди, а затем ощутила, как один из волко-львов ухватил меня за холку, как маленького щенка, и куда-то потащил.
Мне даже сопротивляться не хотелось.
Я просто не понимала, чего им надо.
Главное, что агрессии от них не чувствовала, а на остальное было плевать.
Поэтому я расслабилась и позволила себя тащить.
В зубах волко-льва я ощущала себя практически щенком, слишком огромным он был по сравнению со мной.
Второй волко-лев бежал рядом. А когда первый меня отпустил, второй подхватил тоже зубами за холку и потащил дальше.
Они так и менялись, всё тащили и тащили по очереди.
Постепенно до меня дошло, что они несут меня к той самой поляне, где лежал кусок мяса.
Но мне не нравилось, что оно сырое, так что есть я его всё равно бы не стала.
И когда волко-львы все же дотащили меня до этого куска, я лишь брезгливо фыркнула и отодвинула от него морду, уложив её на лапы.
В голове промелькнуло удивление, мол, откуда у меня лапы, но тут же пропало, потому что сил вообще не оставалось даже на то, чтобы задуматься об этом.
Волко-львы то скулили, то рычали, пытаясь заставить меня съесть сырое мясо.
Один даже пожевал его и выплюнул рядом со мной. Наверное, решил, что я не умею жевать. Стало даже чуточку смешно. Но есть я это не стала.
Тогда второй волко-лев отошел подальше, разрыл лапами яму, подул туда, и я заметила, как в ней разгорается костер.
Он взял пожеванное мясо, завернул его в откуда-то взятую глину и закинул в костер, а сверху немного присыпал горящими углями.
Я сразу же уловила вкусный аромат мяса и встрепенулась.
Появились силы подойти и начать его доставать.
Я не боялась горячих углей и поэтому легко отрыла лапами вкусно пахнущий кусок, убрала глину зубами и с удовольствием начала поглощать мясо.
— Зря вы так… Она должна была съесть сырое мясо, — услышала я сквозь сон чей-то голос.
— Это уже наше дело, — рыкнул ему кто-то в ответ.
— К тому же она сама встала, подошла, отрыла и начала есть, — ответил третий.
— Всё равно ей будет трудно, слишком много в ней человеческого, — вздохнул первый.
— У неё есть мы, и мы её защитим. Остальное неважно, — отчеканил второй.
— Её не примут в качестве вашей самки, — увещевал первый.
— Она наша истинная. Пусть хоть кто-то посмеет это оспорить — будет иметь дело с нами обоими, — это был второй.
— Вечно вы не сможете её опекать, — всё не унимался первый, отчего я даже злиться на него начала.
— Она не так слаба, как кажется, в ней есть стержень и гордость. Хоть её волчица и была запечатана, но всё равно чувствовалось, что она ведет себя как альфа-самка. К тому же она Луна. Её сны не простые.
