Обогнув сводную скалу, отхожу чуть подальше. И только тут понимаю, что напрочь забыла про звонок в службу такси. Дрожащей рукой набираю номер. У меня первой парой история! Там ужасно придирчивый препод, поэтому у меня правило – никогда не опаздывать по понедельникам!
И вот я, кажется, на грани этого…
А все он, чертов братец, виноват.
– Пожалуйста… мне срочно, очень срочно нужно такси, – говорю в телефонную трубку.
Называю адрес.
– Как это все машины заняты? Вы издеваетесь? Полчаса? Даже больше?
Я погибла. Кажется, я не просто опоздаю, а вообще не попаду на пару.
Это же основной предмет, факультет у меня – исторический. Эх, надо было, как Зан и Николь, экономику выбирать. Но меня с детства манила история. Причем не столько современная, сколько древняя. Особенно всякие мифы и легенды. Учиться на бюджетном отделении крайне сложно, нужно очень стараться. И я выбивалась из сил, делала все, ночами не спала. Потому что в этом видела цель своей жизни. Портить отношения с мистером Спенсером… который еще по совместительству заместитель декана… Ох.
На глаза наворачиваются слезы. Пытаюсь найти другую службу такси, минуты стремительно утекают…
– Детка, почему ты еще не уехала? – раздается за спиной голос мамы. – Не опоздаешь?
– Такси через полчаса только могут прислать, – признаюсь глухим голосом.
– Ох, как неудачно. Кел, может быть, подбросишь Эрику до университета?
Слышу бесхитростную мамину просьбу и цепенею. Только не это…
«Это выход, Эрика», – шепчет разумное подсознание.
С ним в машине? Да ни за что!
«Но это не стоит того, чтобы тебя отчислили».
– Конечно, я отвезу Эрику, – доносится до меня спокойный голос Кела. – Тем более что сам направляюсь в город. Сейчас подгоню машину.
– Мам, ну зачем? Зачем ты попросила его? – восклицаю, когда Келлум уходит.
– Ты же опаздываешь? Слушай, детка, мне не нравится, что ты начала это войну. Зачем вам противостояние? Тем более после свадьбы мы уедем с Грегори в путешествие. Я не хочу переживать, как вы тут…
– Ты собираешься оставить меня с ним наедине?!
– А что такого? В доме полно слуг. И я верю, что Кел не обидит тебя. Можешь позвать Николь на это время к себе, погостить. А еще сюда приедет прабабушка Кела…
– Прабабушка?!
– Ну да. Мать Грегори, увы, скончалась. А бабушка – жива. И очень активна, представляешь? Мы ездили к ней недавно в гости. Она сама вызвалась присмотреть за домом, за слугами, пока нас не будет. Очень интересная женщина…
Тут наш разговор прерывает пронзительный клаксон.
Я даже не успеваю подумать, какая машина у Братца Волка. Она уже передо мной. «Ягуар». Красный. Ну конечно! Кто бы сомневался!
Подавив внутреннюю дрожь, открываю дверцу и скольжу на сиденье рядом с водителем. И тут же возникает огромное желание выскочить обратно.
Заднее сиденье, наверное, было бы лучшим выбором, но это могло сойти за слабость.
Мотор издает рычание, от которого я подпрыгиваю, и мы срываемся с места.
Кел гонит на запредельной скорости. Да, дорога пустынна. Но от этого мне еще страшнее.
Проглотив проклятье, рвавшееся с языка, произношу вежливо:
– Ты не мог бы ехать чуть медленнее?
– Моя маленькая задира-сестричка испугалась?
– Нет, волнуюсь, хватит ли у тебя денег на штраф!
Лицо Кела внезапно смягчает улыбка, она так украшает его. Мне становится не по себе от тепла, разлившегося внутри. Поэтому отворачиваюсь к окну.
– И смущение тебе идет.
– Что это с тобой? Потянуло на комплименты?
– Может, хочу попытаться зарыть топор войны? Ты уж слишком агрессивно им размахиваешь, Эрика.
– Ты вроде как сам первый войну объявил. Решил, что мы с мамой охотницы за богатством!
– Я передумал. Извини. У тебя милая мама, отец счастлив. Давай забудем нашу первую встречу. Я приношу извинения за свои слова. Не хотел тебя обидеть в первый же день твоего приезда.
– Все нормально. Я не приняла ничего близко к сердцу.
– Да, ты крепкий орешек.
Отвожу взгляд от стекла. Вроде должно полегчать, Кел первый пошел на перемирие. А мне как-то еще больше не по себе стало. И скорость он вроде сбросил, а сердце все равно колотится бешено.
Смотрю на его руки, сжимающие руль. С широкими ладонями, длинными пальцами, ухоженные, невыносимо притягивающие взгляд. Причем при взгляде на них в голове возникают до того неприличные картины, что мне впору сквозь землю провалиться. Как своими ласками он доводит меня до исступления. Между бедрами разливается тепло, и у меня вырывается вздох отчаяния.
Сжимаю лямки стоящего на коленях рюкзака с такой силой, что белеют костяшки пальцев.
Может, это новая игра Кела? Решил быть милым, чтобы дезориентировать меня?
Надо приложить все усилия, чтобы пересекаться с ним в доме как можно реже. Общение с ним – все равно что стоять на шатком мостике, который вот-вот грозит рухнуть вниз в бурлящую реку.
– Тебе не нужно меня бояться, Эрика.
Его голос становится низким и властным, меня снова бросает в дрожь…
Произнеся это, Кел останавливает машину. Выглядываю в окно. Мы возле какого-то пафосного ресторана.
– Что это значит? – пищу испуганно, продолжая выглядывать в окно.
– Посмотри на меня, Эрика.
