На прочувствованный монолог Лейри герцог лишь грустно улыбнулся. Запал во взгляде пропал. Как бы ему не хотелось иного, всё уже случилось. Ему оставалось или дальше продолжать противиться истине, или принять наш брак, как свершившийся факт. Примириться с ним и попробовать найти в ситуации какие-то плюсы.
— Я всего лишь хочу, чтобы ты была счастлива, милая, — сказал он в итоге. — Раз таково твоё счастье, то я его принимаю. Да и права ты, Боги не стали бы благословлять вас, будь ваш брак ошибкой. А значит, можешь во всём рассчитывать на мою поддержку, Илейра.
— Спасибо, папа! — отозвалась она счастливо. — И зови меня Лейри.
Взгляд герцога стал каким-то беспомощно-радостным. Он крепко обнял Лейри, а мне хотелось улыбаться. Даже когда вокруг царит атмосфера горя и траура, есть место маленьким чудесам. Не знаю, поняли ли остальные, какой огромный шаг навстречу друг другу сейчас сделали отец с дочерью, но мне всё было ясно без лишних слов.
— Конечно, я по-прежнему считаю, вы слишком поспешили с браком, — заговорил герцог, отпустив Лейри, которая тут же прильнула ко мне. — Подождали бы годик и сделали всё как полагается. С нормальным торжеством, гостями, подарками.
— Папа, у нас была лучшая свадьба в мире, — мягко произнесла Лейри чуть порозовев. — Только мы и ничего лишнего.
— Рад за вас, — кивнул герцог, — но ты моя дочь, а значит нормальному торжеству быть. Потом. Как истечёт срок траура, — заметив, что Лейри открыла рот, он припечатал: — Возражения не принимаются.
В ответ Лейри покачала головой и тихо рассмеялась. Атмосфера в помещении перестала быть напряжённой.
— Папочка, — внезапно заговорила другая дочь герцога, — раз такое событие, может отменишь своё бесчеловечное наказание?
Что я там говорил про отсутствие напряжения? Я явно поспешил с выводами. Воздух от, казалось бы, невинного вопроса мгновенно накалился.
— И не подумаю, — голос герцога стал ледяным.
— Но папочка! — захлопала девица белёсыми ресницами. — Мне тоже нужно искать мужа! Целый год в глухой дыре, а я ведь не молодею.
— Ничего. За год сильно не постареешь. Зато научишься смирению, послушанию и благочестию. И когда вернёшься, может какой барон или вдовец согласится взять тебя в жёны.
— Что?! Какой барон или вдовец? Моим мужем может стать не меньше, чем маркиз! На последнем балу я с маркизом Ирстанским танцевала, а на следующий день он прислал мне цветы! Мне нельзя в обитель, иначе его могут увести!
Смех громкий и полный издёвки сотряс помещение. Это герцог расхохотался. Он смеялся своей дочери в лицо, ничуть не щадя её чувства. Даже несмотря на то, что слова её звучали откровенной чушью, это было жестоко.
— Очнись, Шанира, — произнёс он. — Марких никогда на тебе не женился бы, он нацелен на девушку с даром. Не так давно говорил с его отцом, который мне это поведал. У тебя были шансы стать женой какого-нибудь графа или герцога с окраины, пока ты сохраняла свою чистоту. Сейчас твой максимум — барон из непривередливых или вдовец. Ты сама, своими руками, лишила себя шанса на достойное замужество. Всех достоинств у тебя было — происхождение и невинность. Осталось только происхождение.
— Дион! — раздалось возмущённое от герцогской жены. — Как ты можешь такое говорить!
— У меня полно достоинств! — одновременно с ней возмутилась дочь. — Я умная и красивая! А ещё отлично разбираюсь в ведении домашнего хозяйства!
Отвёл взгляд, чтобы никто не заметил там душившего меня смеха. Каждым своим словом девица демонстрировала «выдающийся ум». Да и красота её… На любителя, скажем так. Но кто знает, может кому-то нужна именно такая супруга. Я-то предвзят. Для меня нет никого лучше Лейри.
— Тратить деньги, не значит уметь вести хозяйство, — процедил герцог. — Разговор окончен. Завтра ты отправляешься в обитель Молчаливых сестёр. Моё слово.
Замерев герцог полез во внутренний карман сюртука откуда достал артефакт связи. Выругался, после чего извинился и вышел из помещения. За ним следом устремилась его супруга, не согласная с решением по поводу их общей дочери. Шаон закатил глаза и тоже ушёл по своим делам. Только дочь герцога не торопилась никуда.
— Думаешь, ты победила? — прошипела она змеёй в лицо Лейри, стоило нам троим остаться одним. — Не обольщайся. Это сейчас ты вся такая хорошая и любимая дочурка, но рано или поздно отец прозреет и поймёт, что именно я его настоящая дочка, а ты не более чем жалкая приживалка.
— Держите себя в руках, леди Фернор, — загородил я собой побледневшую Лейри.
— А ты не лезь! — выплюнула герцогская дочь с ненавистью. — Ничего бы не случилось, будь ты мужиком!
О как! Оказывается, мужик обязан бросаться на всё что движется, желая поиметь. А если это не так, и он посмел отказать прилипчивой девице, то и не мужик. Ну да, по таким меркам я получается непонятно кто.
— Хватит, Шанира, — Лейри выскользнула из-за моей спины. — Никто не виноват в твоих бедах, кроме тебя самой. Так что не трать свой яд на меня и моего мужа. Лучше съешь что-нибудь вкусное. Скоро ты на год будешь лишена такой роскоши.