Мне хотелось одёрнуть его. Закричать, чтобы не рисковал без нужды. Он и так белее снега. Куда ему прорывы закрывать? Очевидно же, на тварей он потратил слишком много сил. Хотелось, но я не могла. Не имела права им командовать, подвергать прилюдно сомнению его способности и силы. Лишь беспомощно посмотрела на лорда Фернора в надежде, что он поймёт всё по взгляду и откажет Кастиану, но он проигнорировал мой молчаливый крик.
— Что же, попробуй, — произнёс герцог после короткого раздумья. — Только если сделаешь хуже, твари прорвутся или кто-то пострадает, беседовать с тобой будем в Управлении.
Несколько коротких приказов, и маг державший щит у портала, побледнел, но заставил защиту ужаться, позволяя Кастиану подойти на необходимое расстояние.
Маги продолжали расчерчивать землю письменами, Кастиан тоже что-то чертил на земле, а я чувствовала себя такой жалко и бесполезной. От меня единственной сейчас тут не было никакого толку. Это угнетало.
Поддавшись упадническому настроению, я упустила тот момент, когда Кастиан с руганью вскочил на ноги, потом снова присев, шустро разгрёб землю и вытащил на свет какую-то доску, испещрённую неизвестными символами. Даже издали их чёрный цвет казался неестественно ярким, будто эти закорючки были пропитаны самым Мраком.
Несколько минут он переговаривался с лордом Фернором и ещё несколькими магами и безопасниками. Они спорили о чём-то, но я не могла услышать ни единого слова. По итогу маги казались недовольными, по лицам безопасников не понять ничего. Безопасники достали странного вида штуковины, похожие на лупу без ручки и смотрели через них на эту доску, затем шар ослепительно белого огня оставил от неё только пепел.
После уничтожения находки Кастиана, люди отошли в сторону, а шоден выровняв землю снова принялся что-то чертить.
Мои мысли пребывали в раздрае. Что за доску нашёл Кастиан? Что за письмена ней горели? Могла ли эта небольшая штуковина быть виновницей случившейся беды и если это так, то получается кто-то нарочно организовал прорыв?
Это не случайность, а чей-то злой умысел!
Но как?! Кто способен на подобное, а главное — зачем?!
Хотелось верить, всё не так, но увиденное в содружестве с интуицией твердили мне — я права. От подобных мыслей становилось воистину жутко. Получается, нигде нельзя чувствовать себя в безопасности! Считалось, что в Кертере прорывы невозможны. Маги отслеживают магический фон, оперативно латая любые его деффекты. Этого оказалось мало. Нашёлся некий злоумышленник или какая преступная группировка организовавшая прорыв в парке, почти в самом центре столицы, и следующий может случиться где угодно! Достаточно только оставить подобный сюрприз…
Пока я размышляла, пребывая в некотором ступоре, Кастиан успел дочертить, чтобы он там не писал на земле. Встав в полный рост, он обнажил запястье и не раздумывая прокусил его! Тёмно-алая кровь струёй потекла на землю. Попутно он что-то тихо шептал. Маленькая пентаграмма засветилась красным, стоило крови Кастиана коснуться её и с каждой секундой свечение разгоралось всё ярче.
Сначала казалось ничего не происходит и Кастиан зря вызвался и льёт на землю собственную кровь, но вскоре края разрыва начали смыкаться. Но как же медленно! Он так быстрее кровью истечёт, чем закроет эту брешь в ткани мира.
Тварь, что с глупым упорством так и продолжала рваться в наш мир, истошно завизжала, когда стягивающиеся края прорыва её разрезали пополам. По глазам ударила яркая красная вспышка и от прорыва остались только половинка чудовища да несколько клочков тёмно-серого тумана.
Маги и безопасники до этого внимательно наблюдающее за происходящим, радостно загомонили. Если сотрудники имперской службы ещё сдерживались, должность обязывает держать лицо, то маги радовались бурно.
Кастиан едва заметно улыбнулся и рухнул на землю без чувств. Подскочив на месте, бросилась вперёд наплевав на чужое недовольство. Что с ним?!
Я оказалась не первой, рядом уже сидел маг, который водил руками над телом Кастиана, руки его светились белым светом. Целитель!
— Не чувствую угрозы для жизни, — выдал он после пары минут напряжённой тишины. — Очень похоже на магическое истощение, но… его резерв полон и разом пуст. Очень странно. Пусть декан целительского факультета при академии разбирается. Одно точно — жить будет.
Облегчение разлилось по телу волной. Сразу ощутила, как устала за этот день. Пришлось сжать зубы, чтобы просто устоять на ногах. По сторонам старалась лишний раз не смотреть. Этот день и ужасающие картины пиршества порождений Мрака, наверное, до самой смерти будут являться мне в кошмарах. Сейчас мне хотелось только одного — вернуться обратно в академию, за короткое время ставшую мне домом.
Чужие голоса сливались в монотонный гул, раздражая слух и отдаваясь болью в висках. Открыв глаза невольно поморщился, опознав лазарет. Об этом говорили койка, на которой я лежал отгороженная ширмой, изобилие бело-голубых оттенков вокруг и резкий, горький запах трав и лечебных настоек.