Ив длинно выдохнул, обнял её и перенёс на диван, устроив на коленях и уткнувшись носом в растрепавшуюся причёску жены. Тихонько покачивая, он улыбнулся и прикрыл глаза, ощущая, как в груди разливается тепло от неожиданного известия, и в животе как будто кто-то щекочет изнутри кисточкой.
— Ну конечно, рад, Огонёчек, — успокоил он Тони и добавил. — Просто не думал, что так скоро…
Она фыркнула, развернулась к нему и снова обняла за шею, спрятав лицо на плече.
— Глупый, я же не ничего не делала, чтобы… этого не случилось, — пробормотала она приглушённо, и Ив уловил её смущение.
Да, в самом деле глупый, согласился он мысленно. Привык ведь, что его прежние любовницы сами решали этот деликатный вопрос, вот и… Губы Ива разъехались в совершенно счастливой улыбке: подумать только, у него будет ребёнок! Неважно, сын или дочь, он одинаково будет любить это дитя. И потом, кто сказал, что на одном Ив остановится? Он хотел большую семью, любящую и дружную, такую, какой не было у него, и не сомневался — она у него будет. А из Тони выйдет хорошая мать, Ив был уверен и в этом. Да и Наринна, и леди Эстер помогут. Невесомо поцеловав притихшую Антонию в висок, Ранкур медленно погладил её по спине, чувствуя, как внутри разливается умиротворение.
— Ну что, вернёмся к остальным? — предложил он. — Нас там ждут, между прочим.
Тони выпрямилась и посмотрела на Ива. Потом тряхнула почти развалившейся причёской, поправила съехавший золотой обруч и задорно улыбнулась.
— А пойдём, — весело заявила она, вытаскивая из волос последние шпильки. — Остальные пусть завидуют, — с шальной усмешкой добавила Тони, прекрасно понимая, как провокационно выглядит с растрёпанными кудрями, припухшими губами и румянцем во все щёки.
Но стесняться того, что естественно между любящими людьми, она не собиралась — в самом деле, пусть завидуют, если порадоваться не могут.
…И всё же, Исабель оказалась права насчёт особого благословения богов для тех, у кого проявился третий дар. В тот день, когда Ива чуть не убили, ей приснился странный сон, в котором она видела Эйар, и богиня сказала всего два слова: «Я вернулась». Удивительно, но совсем скоро после этого сна сначала в столице, а потом и в Айвене, и в Ровении стали рождаться дети и с тремя дарами, и с четырьмя, и Антония вспомнила прочитанное в горном монастыре пророчество. Но думать о том, что они с Ивом имеют к нему прямое отношение, или даже к его исполнению ей было слишком волнительно и слегка тревожно, и Тони выбросила из памяти эту находку. А у её собственной дочери, маленькой принцессы, родившейся первой, обнаружились три дара, и появившийся через четыре года сын имел столько же. Но независимо от количества магических способностей, Ив одинаково любил всех, как и Антония, и мечта короля о большой и шумной семье сбылась наконец, чему он был несказанно рад. И не уставал благодарить богиню, что свела их на том далёком уже приёме в Реннаре, подарив такую супругу, как Огонёчек, дав возможность любить и быть любимым.
Боги в самом деле лучше знают, кто кому предназначен.
