Вечером перед сном он долго вертел опаловую открытку с Большим театром – подарок для туриста, и наконец черканул на обороте: «Неужели у Вас нет потребностей написать мне?»
Спрятал в ящик под тетрадь.
Валентину Петровичу было восемьдесят два.
