На бандитских тусовках поговаривали, что именно с этих времен Гамерник начал мучиться бессонницей и не засыпал без снотворного, став серьезным юзером в этом направлении. Гамерник и сам не хотел верить, что бессонницей был обязан «юнкерсам», но это было так…
А уже где-то в 1992 году случилась еще одна история. Тогда Гамернику привезли из Польши первый в его жизни «Мерседес» — белый, с хромированными молдингами, угнанный из Германии по договоренности. Но в те времена машины с «трудной судьбой» и органы-то не шибко волновали, что говорить о Гамернике.
Гамерник балдел от новой тачки, которая на первой передаче рвала так, как «девятка» на третьей. Он дерзко подъезжал к кабакам, да и отруливал от них с проворотами. Тогда было так принято, тогда такие манеры даже и дивиденды приносили.
Но понтовался Гамерник недолго, где-то через месяц принял он на капот своего «мерса» маму с дочкой, когда лихо пытался вырулить из своего двора на улицу. Он, конечно, уехал бы, но весь двор знал его машину. Четырнадцатилетняя девочка отделалась ссадинами и ушибами, а ее мама попала в больницу с нехорошим переломом бедра…
По пацанам эта информация пронеслась быстро — тогда в этой среде сплетни мгновенно разносились. Ее переиначивали, перевирали, кто-то говорил, что Гамерника подставили, а кто-то — что уже и приняли[130].
Дошел этот слух и до Юнкерса, и он решил лично и тщательно все проверить, тем более что следователь из отдела, занимавшийся ДТП, как раз и ездил на подержанной машине, которую получил когда-то даром от Александра Сергеевича. А оказалось, что именно у этого следователя и находится в производстве дело по ДТП Гамерника.
Следак, естественно, «все понимал»:
— Да все можно решить, главное — чтобы потерпевшая не голосила.
— То есть нужно, чтобы она взяла бабки? — уточнил Юнгеров.
Следак усмехнулся:
— Грубый ты какой… Нужно, чтобы она — «претензий ни к кому не имею».
— Понял. Сколько?
— Ну, ты даешь! Не я же с ней договариваться буду!
Юнгеров имел свой расчет — во-первых, могла выплыть информация о его связях в этом отделе, и тогда братва заголосила бы, что, дескать, Юнкерс специально Гамеру «засудил», а во-вторых, — ему хотелось поступить и внешне намного благороднее Гамерника. Александр Сергеевич договорился с потерпевшей — она долго возмущалась. Но потом взяла и деньги, и микроволновую печь, и холодильник. А что делать? Разведенным немолодым бабам живется нелегко… А уж в те-то времена…
Да, и вот, когда вопрос уже был решен, но Гамерник этого еще не знал, состоялся в ресторане «Север» большой сходняк авторитетов. И там, уже в конце застолья, во время музыкальной паузы Юнкерс громко, так, чтобы все слышали, — сказал:
— Гамера, ты не переживай, братан. Твоя Селюкова (это была фамилия потерпевшей) у меня на рынке колбасой торгует. Я вопрос решил. Закроют через недельку твою делюгу…
Большинство за столом восприняли эту новость как интригу и интересную сплетню, которую можно нести дальше в широкие бандитские массы. Гамерник скрипнул зубами, но удержал себя в рамках приличия:
— Благодарю. Сколько с меня?
— Обижаешь! — высокомерно ответил Юнгеров. — Всегда обращайся — помогу!
И Гамернику тогда ответить было нечего, хотя он чувствовал себя униженным.
Ответил он потом — когда на несколько лет убрал Юнгерова с воли…
Нельзя сказать, что во время отсидки Александр Сергеевич не лелеял планы мести. Лелеял, и еще какие — но в основном в самом начале срока. А потом все как-то перегорело. Да и жизнь на воле изменилась. Казалось, что наступает новая пора, — что наконец-то можно жить, а не выживать. Не хотелось тратить силы и нервы на войну с Гамерником. Правда, иногда Юнкерс полагал, что такая позиция — неправильная. Но до серьезных планов мести, планов, которые можно было бы реализовать, дело никогда не доходило. Были просто неприятные, нехорошие, беспокоящие мысли.
В этом конфликте не было ничего от бизнеса — только личное… Конечно же, после того памятного расстрела в лифте Юнгеров думал о Гамернике. Но, размышляя, он всякий раз старался отбросить мысль о его участии. Смысл? Выбивать из-под Юнгерова самых близких и самых надежных, таких как Денис? Ну не полный же псих Гамерник? С его-то нынешней финансовой мощью! Ну не может же психически ненормальный создать целую бизнес-империю… Или может?
