Автор, помешанная на драконах, решила пересказать сказку о Золушке. Естественно, из этого получилась трагическая любовь двух драконов-оборотней.От известного сюжета остались только вредные сестры, мачеха (очень наглая) и волшебные туфельки. Принца заменил князь, фею – ключница, а главная героиня (молоденькая и романтичная) вместо того, чтобы драить кастрюли и перебирать крупы, управляет делами большого поместья. Управлять приходится так, чтобы "родственники" не спустили всё на наряды и выезды. В круговороте дел и забот героиня едва находит время на мечты о дальних заморских странах. Как в таких условиях уследить за собственным счастьем? Счастье предмет нематериальный, но и его, как оказалось, можно своровать, если проявить хитрость и воспользоваться доверием.Чтобы вернуть счастье, князю придется плыть через моря и океаны, лететь через пустыню, выносить дочку и заново влюбить в себя свою истинную пару.
– Ма-а-атильда-а-а! Ма-а-атильда-а-а!
Матушка орала уже минут пятнадцать, и ее голос разносился по всему двору. Но там, где я сейчас находилась, – на крыше возле Смотровой башни – её вопли были едва слышны и не мешали мечтать о том, что еще годик и три месяца…
Всего годик и три месяца, и я улечу отсюда навсегда! Навсегда!
А они останутся здесь. От этой мысли мне, как всегда, стало легко и радостно на душе.
Я распахнула руки, вдохнула полной грудью, воображая, как взлечу над крышей замка, над окружающим его леском и полями, и устремлюсь к побережью. Сделаю круг над бухтой, в последний раз взгляну на тихие улочки, разбегающиеся от порта, и полечу над морем к горизонту…
– Ма-а-атильда-а-а! Ма-а-атильда-а-а! Бездельница!
В этот раз голос матушки был слишком громкий. Наверное, она звала от входа в Смотровую башню.
– Опять на своей крыше сидишь! Ну, доберусь я до тебя! Слазь быстро! Вот велю заколотить дверь, посмотрю, как тогда помечтаешь!
Я вздохнула и поспешила убраться с башни, а то и вправду заставит плотника заколотить вход - это в её духе. Из-за своей тучности матушка уже пару лет как утратила способность подниматься по винтовым лесенкам, но сие не мешало раздавать указания слугам.
Однако, чтобы не подтверждать ее правоту, я, спустившись на несколько пролетов вниз, нажала на старый подсвечник и прошмыгнула в потайной ход. Через него вышла в соседний двор замка, а оттуда поспешила явиться пред светлыми очами матушки.
– Вы меня ищете? – как можно невинней спросила я и поймала полный злобы взгляд.
– Сколько можно тебя звать? Пора уже становиться взрослой и прекращать эти вечные игры в прятки!
– Простите, не слышала. Я в курятнике была. Яйца собирала. – Продемонстрировала корзину с яйцами, которую предусмотрительно прихватила из хозяйственного двора.
– Кому нужны сейчас эти твои яйца?! – Матушка выхватила у меня корзину, взяла меня за руку и потащила за собой. – Пойдём, нам нужно расплатиться за материю и заказать платья. Как будто не знаешь, какое событие предстоит! А она по курятникам бегает!
Матушка притащила меня в центральный зал замка, он же гостиная с огромным обеденным столом, камином и охотничьими трофеями на стенах. Сейчас стол был заложен рулонами всевозможных тканей: парча, тафта, атлас, вуаль - всех цветов и расцветок, а еще ленты, кружева, подвязки, банты. У меня зарябило в глазах. Похоже, торговцы перетащили к нам все мануфактурное крыло Купеческого двора.
– Матушка, мы выбрали!
При виде нас в один голос воскликнули сестрицы Элиния и Лария, показывая на объемный ворох из рулонов тканей, лент и бантов.
– Госпожа Варенея, у Ваших дочерей великолепный вкус! Наши модистки сумеют сшить наряды, достойные княжеского дворца, за два дня! - произнёс один из торговцев.
Матушка расплылась в блаженной улыбке, а я, прикинув, сколько будет стоить эта куча, заявила:
– Хочу увидеть счёт!
В зале мгновенно повисла тишина.
– Мати, ты только посмотри, какие чудные ткани мы выбрали! – хором залебезили сестрички.
– Посмотри, этот атлас мы специально отобрали для тебя! – Лария вынула из вороха небольшой рулон непонятного серо-зеленого цвета. – Взгляни, как раз под твои глаза и недорого!
Кто б сомневался, что для меня выберут нечто недорогое и позорного цвета. Я поморщилась, что не осталось незамеченным присутствующими, а матушка сразу взяла быка за рога:
– Ну если тебе не нравится, то мы это и не будем брать. – Она твердой рукой быстро отделила от вороха выбранных тканей рулон серо-зеленого атласа, рулон серенькой вуали, а также в цвет им банты и ленты. – Если ты не хочешь шить себе нарядные платья, то можешь и на праздник не идти!
– Либо идут все, либо никто! – раздался голос отца, неторопливо спускающегося в зал по лестнице со второго этажа галереи. – Дорогая, я же специально прочёл для тебя приглашение от князя! Он желает видеть на балу всех моих дочерей!
На минуту мне даже показалось, что Варения смутилась. Во всяком случае, потупила глазки и подтянула к себе рулон серой вуали. Но все же смущение не про неё. Она тут же решительно отодвинула рулон.
– Это неудачная расцветка! Мати отлично подойдёт одно из платьев её матери. Я представляю, как замечательно она будет смотреться в платье из золотой парчи! – Матушка мечтательно закатила глаза. Затем, отбирая из кучи несколько рулонов ткани, добавила: – Пожалуй, эту ткань мы тоже брать не будем. Элиния ростом с Мати, ей тоже подберем платье из гардероба Вашей первой супруги. – Она послала отцу многозначительный взгляд.
Вот ведь жаба! Всё-таки сумела запустить руку в мамин гардероб! Меня охватило негодование, и, чтоб хоть как-то с этим справиться, я обратилась к купцам, почти выкрикнув:
– Покажите общий счет!
Купец был какой-то незнакомый. Криво ухмыльнувшись, посмотрел на отца и произнёс:
– Для нас большая честь иметь в клиентах дом Дагеладраги. Мы готовы предоставить рассрочку…
– И всё же передайте счет мой дочери, – властно произнёс отец, стоя на лестнице.
