Версия текста от 02.03.13.
Перевод с английского языка – Ushwood
Бета-редактирование – Lady Astrel
Русифицированные иллюстрации - Danholm
Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов запрещено
Сжать топор покрепче.
Замах.
Удар сверху вниз.
Одни лишь эти движения, ничего больше; однако если отвлечься хоть на чуть-чуть, отдача от удара по твердой древесине безжалостно отзовется в обеих руках. Дыхание, ритм, скорость, перераспределение веса тела – все это с начала и до конца должно быть под полным контролем, лишь тогда мощь, скрытая в тяжелом лезвии топора, передастся дереву с приятным, чистым, высоким звоном.
Теорию Юджио понимал прекрасно, но одно дело – понимать, другое – уметь делать. Свое задание он получил весной, когда ему было десять, и сейчас шло уже второе с той поры лето, однако такой приятный отзвук он получал лишь от каждого десятого удара. Его приятели, тоже имеющие дело с топорами, говорили, что его предшественник, Старый Гаритта, всегда бил точно в цель. Хотя Юджио не позволял себе выказывать усталость после взмаха тяжеленным топором, всего лишь 50 ударов хватало, чтобы его ладони немели, плечи ныли, а сам он был не в силах поднять руки.
– Сорок… три! Сорок… четыре!
Он считал как можно громче, заставляя себя наносить все новые удары по гигантскому древесному стволу. Пот заливал глаза, затуманивая зрение; ладони становились скользкими, и точность постепенно падала. Отчаяние в какой-то степени придало ему сил вцепиться в топорище покрепче и вновь замахнуться.
– Сорок… девять! Пять… де… сят!!!
Последний удар был совершенно не на уровне его навыка – он пришелся по коре на приличном расстоянии от глубокого надруба в стволе; топор издал душераздирающий металлический стон. Сила отдачи была такова, что Юджио показалось – у него сейчас искры из глаз посыплются. Уронив топор, он отступил, шатаясь, на несколько шагов и уселся на ковер из густого мха.
Он никак не мог успокоить тяжелое дыхание; вдруг справа от него раздался голос, в котором затаился смех:
– Хороший звук – три раза из пятидесяти. Всего, значит, эээ, сорок один, хе. Похоже, сегодня вода Сирала с тебя, Юджио.
Обладателем голоса был лежащий чуть в стороне мальчик тех же лет. Юджио не стал отвечать сразу; сперва он пошарил в поисках кожаной фляги, подобрал ее и принялся жадно пить совершенно теплую уже воду. Напившись, он заткнул флягу твердой пробкой и произнес:
– Хмм, у тебя-то всего сорок три, да? Я скоро нагоню. Давай, твоя очередь… Кирито.
– Ага, ага.
Кирито был лучшим другом Юджио (они дружили с детства), а заодно – с позапрошлой весны – партнером по этому тоскливому Священному Долгу. Кирито утер пот со лба под черной челкой, вскинул ноги и с махом поднялся. Однако брать топор сразу не стал; уперев руку в бок, он поднял голову. Привлеченный его движением, Юджио тоже задрал голову к небу.
Летнее небо седьмого месяца было невероятно синим; прямо посередке ослепительно сиял солнечный бог Солус. Однако путь лучам света перекрывали распростершиеся во все стороны ветви гигантского дерева, так что бльшая часть лучей не достигала корней, возле которых находились Юджио с Кирито.
Бесчисленные листья гигантского дерева впитывали благословение бога солнца, а корни в то же время неутомимо поглощали дары богини земли Террарии; все это позволяло дереву восстанавливаться после стараний Юджио и Кирито, усердно пытающихся его срубить. Как бы далеко они ни продвинулись за день, к следующему утру дерево успевало залечить половину того, что они прорубили накануне.
Юджио негромко вздохнул и снова перевел взгляд от неба к дереву.
Громадное дерево – жители деревни называли его священным именем «Кедр Гигас» – было монстром толщиной в четыре мела и высотой в семьдесят. Колокольня деревенской церкви, самое высокое сооружение в деревне, была вчетверо ниже. Для Юджио и Кирито, рост которых лишь в этом году перевалил за полтора мела, этот древний титан был достойным противником.
Той весной, когда его и Кирито отвели в дом старейшины (поскольку они достигли подходящего возраста для получения Священного Долга), мальчики услышали поразительную историю.
Кедр Гигас пустил здесь свои корни задолго до основания деревни Рулида, и задание по его рубке передавалось из поколения в поколение со времен первых поселенцев. Если отсчитывать с самого начала, то Старый Гаритта был шестым поколением, а Юджио и Кирито седьмым. Больше трехсот лет прошло, прежде чем им двоим досталась эта работа.
