После освобождения из Азкабана, Люциус разводиться с Нарциссой и пропадает без следа. Министерству Магии это не нравиться и было решено отправить на его поиски лучшего их агента. За эти не большие два года Гермиона показала себя, как лучшего среди лучших по поиску сбежавших из мира магии. Но справиться она с этим заданием, ведь у нее нет никакой информации. А как известно Люциус хорошо умеет продумывать шаги.
========== Жизнь после славы ==========
В ее голове до сих пор всплывают картинки, а по ночам она видит кошмары. Война не оставляет ее даже спустя три года. Она помнит все, будто это было только вчера: их встречу в поезде, распределение на факультет гриффиндор, первые занятие, как помогала Гарри попасть к философскому камню, как спасали Джини и еще куча всего.
Первый бал, первый поцелуй, первый полет на метле, первая дуэль — все это словно было вчера!
Но, увы, реальность сурова. После войны великая тройка еще пару месяцев ездила на приемы, балы, открытия магазинов, которые были разрушены во время войны. Но потом все внимание приковал только Поттер. А им с Роном оставалось только стоять в стороне, а потом и вовсе исчезнуть из списка приглашенных. Гарри дали работу в Министерстве Магии и очень хорошую должность, а Рон ушел в квиддич с головой. Вот только Гермионе пришлось несладко. Целый год она пыталась устроиться на работу. Найти себя в этом мире, но, увы, ее происхождение мешало и даже то, что она спасла их от смерти, тоже не помогло.
Видимо, Гарри немного отпустила популярность и он все-таки вспомнил о той, кто неоднократно спасала его и всегда была рядом, когда тому нужна была помощь. И устроил ее в отдел Магического правопорядка. Для начала это было неплохо, даже, можно сказать, хорошо. Платили там нормально и работы было не так много, так что оставалось время на себя. Обычно она приходила на работу к семи утра и уходила уже в три часа, но бывало и могла задержаться допоздна, но тогда она оставалась ночевать в Министерстве.
Вся работа Гермионы заключалась в поиске людей. Обычно это были беглые преступники. Правда, бывало, что люди просто покидали мир Волшебников, но это не устраивало Министерство. Они боялись всего, что могло раскрыть их мир. Они шарахались как от чумы, по любой мелочи. А Гриффиндорка находила этих людей и предлагала им два варианта: либо Азкабан, либо вернуться под пристальный надзор. Это значило, что теперь о любом их передвижении и слове они ОБЯЗАНЫ докладывать.
В любом случае, это было лучше, чем отправиться в самую страшную тюрьму в Англии, а может даже и во всем мире. Так что в 99 случаях из 100 они соглашались, было, правда, парочку протестантов, но наша смелая ведьма справилась с ними.
Вообще Грейнджер хорошо себя зарекомендовала. На работе ее стали очень ценить, потому что еще не было ни одного дела, которое она бы не выполнила. «Конечно, я со всем справляюсь хорошо, потому что вы не дали мне еще ни одного достойного соперника», — возмущалась она про себя, когда её в очередной раз хвалили на заседании.
Если с работой все наладилось, то вот в личной жизни был полный провал. Первый год после войны они с Роном встречались, даже жили вместе в Норе, но с каждым днем она понимала, что это не её человек.
У них не было ничего общего. Он постоянно говорил о тренировках, матчах, спонсорах и моделях метлы. Даже за рассказами не спрашивал, как у нее дела. Что там с работой, милая? Что ты сегодня делала? Может, что-то новое для себя открыла? Но за весь год он ни разу не спросил о ней ничего. А где-то после четырёх месяцев отношений стал приходить домой после тренировок странным, уставшим, но не так, чтобы сильно и пахло от него совсем не мужской раздевалкой или душем. На все вопросы он отвечал: «Грю принес новый гель для душа и мы все провоняли». И так каждый раз: кто-то что-то, но не он.
В постели тоже было все не гладко. Секс был больше физиологической потребностью. И удовлетворяла она её три-четыре раза в месяц. «Да это даже сексом трудно назвать, за все время ни разу Рон меня не приласкал, не прелюдий, просто пятнадцатиминутная разминка перед матчем… Естественно, об оргазме ни шло и речи…», — рассуждала Гермиона после их расставания. А расстались они не самым лучшим образом.
Как-то она была по делам недалеко от стадиона, где проходили тренировки, и решила туда заглянуть. «А я ведь не была ни на одной его тренировке, может, это поможет нам сблизиться?» — думала Грейнджер, когда бежала в раздевалку под номером 659. Но то, что она там увидела, навряд ли могло их как-то сблизить, скорее, навсегда отдалить друг от друга.
Рон страстно целовался с какой-то девчонкой из их группы поддержки. Присутствие Гермионы они заметили лишь пару минут спустя.
«Я очень хотела сдержать слезы очень, чтобы показаться ему сильной, но не смогла совладать с болью, которую он мне нанес».
Он даже не пытался догнать её. Да и навряд ли смог бы. Она аппарировала в Нору, где нашла Джинни. И ей она излила всю душу. Сестре очень было стыдно за брата, и она не хотела выносить этот позор на публику. Так что просила Гермиону хорошо подумать.
Их разговор случился вечером, когда она уже собрала вещи и предупредила родителей о своем приезде.
Рон спокойно вошел в уже бывшую их комнату и сел на кресло. Молчание прервал он же.
— А чего ты ждала? Ты посмотри на себя! Словно старая книга с заклинаниями, которые ты постоянно носишь с собой. Да ты хуже куска гремучей ивы! Что мне вообще могло в тебе понравиться? Не понимаю.
