Они вернулись в машину. Пора сделать ход, разыграть карту, раскрутить колесо рулетки, бросить кости. Прежде он играл жизнями и проиграл, проиграл по-крупному; теперь пора бы выпасть счастливому номеру 22.
Хайнце был настолько глуп, что даже не вынул пистолета.
Большего Рику и не требовалось. Правой рукой он бросил окурок в окно. А левой резко взмахнул и ударил Хайнце ребром ладони прямо в горло. Как только голова консула поникла, Рик впечатал правый кулак в основание его челюсти. Вырубившись, Хайнце не издал ни звука.
Точно как в старые времена.
Рик завел мотор и включил нейтральную скорость. Никто ничего не увидел и не услышал. Во всех отношениях и с любого ракурса двое мужчин просто сидели в дорогом «БМВ», беседовали и любовались городом.
Рик медленно убрал ручной тормоз. Машина точно уравновесилась на вершине холма; легкий толчок — и она покатится.
Рик выбрался из машины, обошел ее спереди и склонился к открытому окну с водительской стороны, будто прощаясь с человеком за рулем. Просунув голову в окно и упираясь плечами в раму, Рик навалился на машину и слегка подтолкнул. Машина тронулась под уклон, и Рик немного подрулил правой рукой, больше целясь, чем руля. Он услышал, что Хайнце начал очухиваться.
Машина набрала ход прямо перед крутым поворотом.
«БМВ» промчался мимо поворота и выскочил с обрыва. Рику показалось, он услышал, как завопил Хайнце, когда машина полетела в пропасть, но, может, это ему просто почудилось.
Люди побежали к месту крушения. Рик двинулся в другую сторону, обратно к монастырю, без спешки, но скорым шагом. На вершине холма оглянулся. Теперь, с полыхающим «БМВ» консула Хайнце в центре переднего плана, вид стал хорош, как никогда.
Рик лихорадочно соображал, стараясь разложить по полочкам все полученные сведения, все подозрения. Если только Хайнце не соврал, Ильза в смертельной опасности. Может, сейчас немцам еще нечего ей предъявить, но даже они в конце концов догадаются сложить два и два и связать ее появление с началом утечек. Нужно вытащить ее отсюда во что бы то ни стало.
Может быть, операция уже сорвалась. Может быть, как машине консула, ей не хватает одного легкого толчка.
Рик встретился с Ильзой в ресторанчике под названием «У малтезских ритирув»,[135] старинном сводчатом подвале прямо через реку от гостиницы в Малой Стране; этот подвал, если верить легенде, когда-то был подворьем мальтийских рыцарей. О Мальте Рик мало что знал, кроме того, что прочел в «Мальтийском соколе» Хэмметта[136] десять с лишним лет назад, когда у него еще было время читать. Сам того не желая, он уплыл мыслями далеко в прошлое и вдруг увидел Ильзу — она спускалась по лестнице в обеденный зал. В единый миг он снова очутился в настоящем.
Как она хороша! Казалось бы, невозможно, и однако с каждой новой их встречей Ильза становилась все прекраснее. В Париже она была лишь очаровательной; в Касабланке — восхитительной; в Лондоне — изумительной. Здесь, в Праге, она просто оглушительно красива. Она изгнала из его памяти всех женщин, которых он знал, кроме одной, но и та в конце концов начала меркнуть.
Он поднялся и стоял как вкопанный, пока она приближалась. Ресторан — не место публично выказывать нежность. В зале не нашлось ни одного человека, кто не обратил бы внимания на Ильзу, шагавшую по проходу, столь иную, столь свежую в своей красоте, по сравнению с грузными немецкими матронами и худосочными чешскими девчонками. Позволь Рик себе засветиться, обняв ее прямо здесь, как ему страстно хотелось, и шоу, глядишь, окончилось бы, так и не начавшись.
— Мистер Линдквист? — любезно спросила она по-английски с русским акцентом.
— К вашим услугам, — ответил он.
Они сели, официант застыл над ними, словно только что увидел чудесное явление Мадонны, Ильза обратилась к нему на беглом чешском. Ее владение языками всегда поражало Рика, особенно в сравнении с его собственным. Голова официанта подпрыгивала на плечах, точно у китайского болванчика; наконец он затрусил прочь за напитками.
— Что ты заказала? — тихо спросил Рик.
— Минеральную воду для нас обоих, — с улыбкой ответила Ильза. Лучше бы она так не улыбалась. Эта улыбка слишком живо напоминала ему о Париже. Но тут Рик ничего не мог поделать, даже если бы хотел. — Еще я заказала жареную утку. Ильза хихикнула. — В Праге можно заказывать все, что захочешь, если только оно жареное. Это единственное, что тут умеют делать очень хорошо.
— Все в норме? — бесстрастно спросил Рик.
Не снимая приклеенной улыбки, Ильза ответила отрицательно:
— Я очень боюсь, что в деле, которое вы обсуждали с герром Зигером, — (кодовое имя для Виктора), — возникли кое-какие затруднения. Похоже, он больше не сможет обеспечивать поставку. Мне очень жаль.
— Мне тоже, — сказал Рик и отпил минеральной воды, чтобы скрыть удивление; день задался полный сюрпризов, и все скверные. — Довольно неожиданно, правда?
