– Теперь ты можешь уйти? – спрашивает Сыкоу, когда я продолжаю во все глаза смотреть на свое стихотворение. Свои слова. Свою каллиграфию, когда взмахи моей кисти были изящными, как ножки стрекозы. Мои руки сжимаются в кулаки. Разжимаются.
Я покидаю кабинет, как и просили, сразу после того, как смахиваю все со стола Сыкоу Хая.
– Итак… ты и Сыкоу Хай, – говорит один из друзей Лотос на тренировке по стрельбе по мишеням.
Моя стрела попадает в дерево.
– Еще раз, Лотос, – говорит Турмалин сурово, но терпеливо. Помогает то, что я все еще ранена. Да и не думаю, что Лотос приобрела известность своей стрельбой из лука, судя по тому, что все избегают брать ближайшие ко мне мишени.
Облако тем временем пускает стрелы, как никто другой. Она попадает в два яблочка подряд. Турмалин одобрительно кивает, а Облако слишком нарочито игнорирует ее. Я не могу поверить, что не замечала ее чувств раньше.
– Есть какие-нибудь успехи? – спрашивает она меня после того, как Турмалин проходит мимо.
– Нет, – ворчу я, натягивая еще одну стрелу.
– Я бы так не подумала, судя по тому, как ты его преследовала.
– Я
Справа от меня прыскает со смеху солдат.
– Я слышал, он наложил в штаны на днях, потому что ты загнала его в угол в отхожем месте.
– Нет, такого с ним не было.
– Но ты признаешь, что загнала его в угол, – говорит Облако.
Ну разве так сложно побыть на моей стороне.
– По крайней мере, я делаю шаги, – громко говорю я, когда Турмалин снова делает круг.
Облако краснеет как личи. Остальные гогочут.
– Сосредоточьтесь, – приказывает Турмалин, и мы замолкаем. Пока мы ждем, когда Турмалин пройдет мимо, Облако изображает, что направляет на меня свою стрелу. Я делаю то же самое, и все вокруг меня визжат и разбегаются.
Мой глаз слишком поврежден, чтобы вращаться полноценно.
– Я не настолько безнадежна, – кричу остальным, затем направляю лук на цель, намереваясь продемонстрировать свои навыки. Пчела садится мне на костяшки пальцев. Я моргаю, и внезапно моя стрела летит через поле, попав в кулак Турмалин.
Все смотрят на меня, потом на Турмалин.
Раздаются радостные возгласы в честь воина в серебряных доспехах.
– Сконцентрируйтесь! – Турмалин приказывает снова, как будто быть подстреленной Лотос – это повседневное занятие.
Когда заканчивается стрельба по мишеням, Облако даже не смотрит на меня.
– Я ненавижу тебя, – бормочет она, пока мы несем наше снаряжение в оружейную.
Этот
– Что… – Я кашляю, чтобы скрыть свою выходку.
– Преследуешь ты Сыкоу Хая или нет, тебе лучше перестать проводить так много времени в отхожем месте, – говорит Облако, вешая свой колчан. – Ты притягиваешь мух.
– Да ладно. – Облако обнимает меня за плечи. Кажется, она все простила, хотя я ничего не сделала, чтобы заслужить это. Чувствуя себя неловко, я позволяю ей вывести меня из оружейной. – У меня есть кое-что, что тебе понравится больше, чем стрельба из лука.
Но Росинка права. Сюрприз – Рисовый Пирожок, грива заплетена в косу, вокруг ушей гирлянда из цветов. Двое подчиненных Лотос стоят рядом с жеребцом, ухмыляясь. Я пытаюсь улыбнуться в ответ. Когда подчиненный передает мне поводья, Рисовый Пирожок протестующе ржет. Другие могут думать, что я Лотос, но ее лошадь не так легко обмануть; она шарахается от меня, когда я тянусь к ее носу. Я поняла. Я бы тоже не хотела, чтобы меня коснулся кто-то, кто полоснул мой зад ножом.
Теперь все ухмыляются, ожидая меня. Сглотнув, я вскакиваю в седло и каким-то чудом приземляюсь на спину Рисового Пирожка. Он вздрагивает, но я уже подталкиваю его вперед, прочь из этого тесного пространства, где кто-нибудь обязательно заметит что-то неладное. Игнорируя слова Облако «Притормози, Рысь», я пришпориваю коня.
