— Жрица, я не испытываю желания переносить сплетни от друидов к менгам и обратно. Но в данном случае мы ни о чем важном не говорили. Он расспрашивал, как я жил на Земле. Его интересовал человек с планеты, о которой толком никто ничего не знает. Я описал ему несколько планет, на которых мне случалось останавливаться. И еще мы выпили немалое количество бренди. Вот и все, что было в его каюте.
— Я не могу понять, почему Хабльят защитил нас от молодого офицера-менга… Какая ему польза? Он такой же менг, как и остальные, и скорей умрет, чем позволит друидам приобрести власть над Балленкарчем.
— Разве вы с Манаоло отправились в путь для того, чтобы захватить власть над Балленкарчем?
Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, затем забарабанила пальцами по колену. Джо улыбнулся про себя. Предложи кому другому стать неограниченным авторитетом — тот может разозлиться. Но только не Ильфейн.
Он рассмеялся.
— Почему вы смеетесь? — спросила она подозрительно.
— Вы напомнили мне котенка, очень довольного собой, потому что его одели в платье куклы…
Она вспыхнула, глаза жрицы засверкали.
— Так, значит, вы смеетесь надо мной?!
Секунду поразмыслив, он произнес в ответ:
— А когда-нибудь вы смеялись над собой?
— Нет. Конечно, нет!
— Зря. Попробуйте на досуге…
Он встал и вышел в гимнастический зал.
Там Джо до пота поработал на «бегущей дорожке», спрыгнул и, тяжело дыша, уселся на скамейку. Манаоло тихо вошел в зал, обвел глазами потолок, опустил взгляд на пол и медленно повернулся к Джо. Тот встревожился.
Манаоло оглянулся через плечо и, сделав три шага, оказался перед Смитом.
Он стоял, глядя на него сверху вниз, и лицо его было лицом не человека, а какого-то фантастического призрака из преисподней.
— Ты прикоснулся ко мне руками! — внезапно воскликнул он.
— Прикоснулся?! Я врезал тебе по физиономии…
Рот Манаоло, чувственный, как у женщины, но все же твердый и мускулистый, отвердел еще больше. Друид сжался, бросился вперед и нанес молниеносный удар. Джо согнулся, в безмолвной боли схватившись руками за низ живота. Манаоло откачнулся и ударил его коленом в подбородок.
Джо медленно рухнул на палубу. Манаоло склонился над ним, в его ладони сверкнул какой-то металлический предмет. В слабой попытке защититься Джо поднял руку — Манаоло отбил ее в сторону. Затем прижал к его носу металлический инструмент и надавил. Два тонких стальных лезвия пронзили хрящик, облачко пудры мгновенно прижгло порезы.
Манаоло отпрыгнул. Уголки рта врезались еще глубже. Повернувшись на каблуках, он бодрой походкой вышел из зала…
— …Не так уж плохо, — сказал наконец корабельный врач. — Два шрама останутся на всю жизнь, но их будет почти не видно.
Джо рассматривал свое лицо в зеркало. Синяк на подбородке, пластырь на носу…
— Выходит, я остался с носом.
— Вы остались с носом, — без тени юмора согласился врач. — Хорошо, что я вовремя оказал вам помощь. Эта пудра мне некоторым образом знакома.
Своеобразный гормон, ускоряющий рост кожи. Если его не удалить, расщепление кожи идет непрерывно. У вас на лице было бы вскоре три нароста.
— Видите ли, — сказал Джо, — это был несчастный случай. Я бы не хотел понапрасну беспокоить капитана, и надеюсь, вы не будете ему докладывать?
Доктор пожал плечами, повернулся и стал укладывать инструменты.
— Странный несчастный случай, однако…
Джо вернулся в салон. Силлиты изучали игру в разноцветные дощечки, оживленно болтая с менгами. Друиды-миссионеры, склонившись голова к голове над алтарем, вершили какой-то сложный ритуал. Хабльят, удобно развалившись в кресле, с видимым удовольствием разглядывал собственные ногти. Дверь каюты Ильфейн открылась, из нее вышел Манаоло. Бросив на Джо равнодушный взгляд, он стал прохаживаться по салону.
Джо присел рядом с Хабльятом, нежно поглаживая нос.
— Все еще на месте.
Хабльят успокаивающе кивнул.
— Ваш нос, Джо, выглядит не хуже, чем неделю назад. Эти биллендские медики — настоящие чудотворцы. Но на Кайрил, где докторов не существует, применяют примочки из какой-то дряни. Впрочем, рана все равно не заживает.
Вы можете увидеть немалое количество лайти с носами из трех островков.
Убивать их — любимое развлечение друидов. Вы, похоже, значительно менее огорчены, чем допускают обстоятельства?
— А что, я должен быть безутешен?
— Позвольте объяснить вам этот штрих в психологии друидов. По мнению Манаоло, нанесение раны исчерпывает вопрос. В ссоре между ним и вами с его стороны это было последней реакцией, последним действием. На Кайрил друиды совершают поступки, не боясь ответственности, — во имя Дерева. Это дает им особое чувство непогрешимости. Смею вас уверить, Манаоло будет удивлен и даже оскорблен, если вы захотите продолжить конфликт.
Джо пожал плечами.
— Вы молчите?.. — с недоумением произнес Хабльят. — Ни гнева, ни угроз?
Джо улыбнулся.
— Пока что я успел только удивиться. Дайте мне время.
— А, понял! Вас ошеломило нападение, не так ли?
— И даже очень.
Хабльят вновь кивнул. Складки жира, свисавшие с его подбородка, дрогнули.
— Переменим тему. Меня интересует ваше описание друидов до христианского периода.
