Был мысленный вздох, а затем: «Ну, хорошо, что деньги не являются твоим языком любви, потому что этот дракон разорён до чёртового дна. Правительство заморозило все мои счета, когда я сжёг Ковингтон, а теперь они списали их все за ущерб, нанесенный городу. Я был богатым парнем, а теперь я…»
— Обычный парень. Повезло тебе.
«Обычный парень. Который превращается в дракона. Кто наблюдает, как охранники изо всех сил пытаются спланировать мой оборот в течении двух дней, прежде чем они накачают меня наркотиками, которые вызывают насильственный оборот и сделают моего дракона на всё время оборота больным. В моей жизни нет ничего обычного. — Появилась пауза. — Раньше меня это устраивало, а потом я встретил тебя».
Рия нахмурилась и снова изменила ритм своей ручки, нарисовав пузырьковую букву I над разбитым сердцем, повторяя её снова и снова.
— Что ты имеешь в виду, что тебе больше не нравится быть собой? Я не хочу этого. Я хочу, чтобы ты был счастлив быть собой.
«Я имею в виду, что я не могу…»
— Что не можешь, Вир?
«Неважно. Я вернусь позже».
— Вир!!
Но она больше не чувствовала его там. Не чувствовала тупой боли в её глазах, которая говорила о его присутствии.
Трус.
Печально, она легонько взмахнула пальцами в воздухе и, не прикасаясь к ручке, снова сменила ритм и начертила под разбитым сердцем пузырчатую букву U.
Она не должна так сильно чувствовать что-то к кому-то так быстро. Ей следовало бы усомниться в этом и убежать, но он был здесь, выслушивал её, заботился о ней, желая быть частью её распорядка дня. Не то чтобы она избегала одиночества. Она ловила каждое слово Вира, потому что каждое казалось важным. Как вся остальная её жизнь, была размытой, но когда она и Вир были вместе в её голове, он был нарисован в тончайшем фокусе, и всё остальное могло бы сгореть дотла, как бы ей ни хотелось.
Головная боль вернулась с удвоенной силой, и она вздрогнула, когда Вир сказал:
«Я не могу получить тебя. Из-за того, кем я являюсь, где я нахожусь и из-за всей этой неразберихи в моей жизни, ты не можешь быть со мной».
— Почему нет?
«Потому что я потеряю дракона, и даже если часть меня выживет, буду ли я действительно жив? Я больше никогда не буду летать, никогда не прикоснусь к облакам. Я буду привязан к земле и потеряю большую часть себя, и я видел это. Я видел, что происходит, когда оборотни теряют своих зверей. Оттуда не возвращаются. Обычно они всё равно умоляют о смерти. Даже если я переживу это и смогу пригласить тебя на свидание, когда выйду… я бы не поступил так с тобой».
— Даже если это то, чего я хочу?
«Желание и потребности совсем разные вещи, когда ты рядом с таким мужчиной, как я, Рия. Ты можешь желать меня, но тебе нужно больше, чем всё, что я смог бы тебе отдать».
— Вир…
«Что-то происходит. Эммет злится. Он в своей комнате наблюдения кричит кому-то по телефону, что заключенных больше нельзя доставлять на нижние уровни. Ты можешь узнать, что происходит?»
— Да. Я возьму тебя с собой. — Рия выскочила за дверь, но в коридоре было пусто и слишком тихо. Какого черта?
