Подарок Джай вручил по всем правилам: с традиционными поклонами и пожеланиями долгих лет. Хотя до сих пор не понимал, почему его отец выбрал именно такой подарок хагану. Изящные кинжалы, предназначенные, скорее, для женской, чем для мужской руки. Лезвия украшенные древней вязью. Несколько символов на очень старом языке гласили: "Пусть будут они защитой тому, кто дорог мне". У подарка наверняка был скрытый смысл. Но, к сожалению, герцог отказался объяснить, какой именно.
– Я благодарю тебя за твой подарок и за этот разговор,– произнес степняк, завершая церемонию дарения и отпуская Джая.
Только оказавшись в своей комнате, юноша, наконец, вздохнул с облегчением. Разговор с хаганом был недолгим (едва ли дольше получаса), но за это время он устал сильнее, чем уставал за день, проведенный в седле. Постоянное напряжение, неприятные воспоминания, необходимость обдумывать каждое слово, контролировать реакцию окружающих…
К сожалению, юноша так и не понял, как к нему отнесся владыка степи. Хаган слишком хорошо владел собой для того, чтобы по выражению его лица можно было что-нибудь прочитать. И уж конечно, он никак не мог услышать разговор, который произошел в кабинете хагана сразу после его ухода
Стоило двери кабинета закрыться за спиной Джая, как Асиэль тут же вскочил и возмущенно выдохнул:
– Отец, неужели ты позволишь этому…
Договорить он не успел, потому что владыка степи прервал его.
– Асиэль, кажется, я запретил тебе говорить. Не заставляй меня напоминать тебе об этом в третий раз.
Несколько мгновений Асиэлю удавалось выдерживать взгляд хагана, но потом он опустил голову.
– Я прошу прощения, владыка,– произнес молодой степняк и сел в свое кресло.
Хаган коротко кивнул ему в ответ, а потом повернулся к Райну.
– Что с защитным куполом?
– Прореху уже залатали,– ответил Райн,– сейчас совет древних вместе с Дамиаром проверяет все остальное.
– Этого не достаточно.
– Я утроил внутреннюю охрану дома, а город теперь патрулируют аштари.
– Идея Триана?– поинтересовался хаган.
– Нет, моя,– пожал плечами Райн,– решил, что не стоит надеяться только на магию.
Владыка степи снова кивнул, соглашаясь и с необходимостью предпринятых мер, и с правильностью последнего утверждения сына, а потом сказал:
– Я хочу, чтобы нашему гостю обеспечили полную безопасность.
Райн согласно кивнул, зато Асиэль не удержался от едкого замечания:
– Если бы не он, то нападения вообще не произошло бы. Этот мальчишка – угроза всей нашей семье.
– Если бы он не приехал сюда, мы до сих пор были бы уверены в том, что Итиль Шер полностью защищен,– заметил Райн.
– Еще скажи, что я должен поблагодарить его за то, что в нашем доме оказался убийца,– ответил Асиэль, а потом добавил,– не думаю, что Триан разделит твое мнение. Впрочем, вы всегда плохо ладили…
Райн хмуро посмотрел на старшего брата, но промолчал. Хаган тоже ничего не сказал, но под его задумчивым взглядом Асиэль невольно съежился. Он только теперь сообразил, что в этот раз зашел слишком далеко. Прошло несколько томительно долгих мгновений, прежде чем владыка степи, наконец, продолжил разговор:
– Королева прибывает послезавтра.
– Она не отменила визит?
– Нет,– покачал головой владыка степи,– поэтому я хочу, чтобы к тому времени ты обеспечил безопасность Итиль Шер настолько, насколько это возможно.
– Да, отец,– коротко поклонился Райн.
– Вместе с королевой прибудут еще несколько древних,– добавил хаган,– ты должен встретить их.
Асиэль, который думал, что почетную миссию по приему гостей, возложат на него, как на старшего сына и наследника хагана, удивленно вскинул голову, но промолчал. Он и так уже достаточно сильно рассердил отца, поэтому не хотел окончательно выводить его из себя.
Райн снова поклонился и спросил:
– А что делать с мальчиком? Может быть, не стоит выпускать его из дома?
– Он наш гость, а не заложник. К тому же, у него прекрасная охрана,– ответил владыка степи и улыбнулся одними уголками губ,– но можешь поступать так, как считаешь нужным.
Он знаком разрешил Райну уйти, а потом повернулся к своему старшему сыну и произнес:
– Ты слишком много времени проводишь среди древних, Асиэль. И слишком мало сил уделяешь своим обязанностям. Я это исправлю.
– Прошу прощения, владыка,– ответил молодой степняк,– я вел себя непочтительно.
Но его попытка загладить вину не увенчалась успехом. Асиэль и сам понимал, что теперь неприятностей было не избежать. Как понимал и то, что в этот раз отец придумает для него что-нибудь особенно неприятное. Но ему не оставалось ничего другого, кроме как с достоинством принять его (Асиэль умудрялся вызывать неудовольствие владыки степи чаще, чем все остальные сыновья хагана вместе взятые, поэтому уже научился смиряться с неизбежным).
– Рад, что ты осознаешь это,– произнес хаган.
Но прежде, чем Асиэль успеет обрадоваться забрезжившей надежде на спасение, добавил:
– Поэтому я разрешу тебе остаться в Итиль Шер до приезда королевы. Но потом ты отправишься на границу. Несколько месяцев в приграничном лагере пойдут тебе на пользу.
